Время действовать

Я перевел дух и выпрямился.

— Старые воспоминания, — сказал я.

Тарн внимательно смотрел на меня. Он закрыл дверь и грузно оперся на нее, чтобы никто не вошел, а потом вытянул из внутреннего кармана небольшую плоскую бутылку.

— Тебе надо принять лекарство, — сказал он.

Ему оно тоже было необходимо.

Яркая этикетка сообщала, что это — «Докторc спешл».[57]Я запрокинул голову и глотнул как следует.

— Ху-х, — сказал я.

Тарн кивнул, улыбнулся и тоже хватанул. Только ради компании. А потом угостил какой-то таблеткой — зажевать запах.

— В двенадцать ланч с Вильфредом Сандбергом. Он знает все об охранных компаниях.

Я кивнул. Виски бултыхалось в желудке. До ланча было еще два часа.

— Он за нами заедет. Поедим в старом «Цум Винерброт». Ну, ты знаешь — забегаловка, где подают кислую капусту, на Понтоньергатан. Это он так решил.

— Ладно.

Мне надо было спуститься в архив, мне надо было найти угол в «Утренней газете», откуда бы я мог спокойно позвонить. И мне нужно было найти Зверя.

Нас вез Янне.

— Откройте окна и проветрите! — заорал он. — А то мне влетит, если попадемся в облаву — за пассивный алкоголизм!

— Понимаешь, нам надо выпивать, — сказал я. — У нас же нет акций.

Плоская бутылка Тарна давно была брошена в одну из бумажных корзин «Утренней газеты». Маленькие бутылки долго не живут. Во всяком случае, в сфере, формирующей общественное мнение.

Вильфред Сандберг стоял перед австрийским ресторанчиком.

Здоровый, мускулистый мужик лет на шестьдесят. Молодился — надел просторную твидовую куртку и бабочку, какую носят художники.

Янне затормозил большой форд. Тарн неуклюже выбрался из машины, мне удалось вылезти вслед за ним, не треснувшись ни обо что головой.

Вильфред Сандберг поздоровался с нами, профессионально принюхиваясь. Ну ясно, алкоголь.

— Войдем, пожалуй, внутрь, — сказал он поставленно ровным голосом.

Кабак располагался в полуподвале, где раньше находился склад. Я как-то раньше бывал тут — ресторан крестьянско-тирольского стиля. Тележные колеса под потолком, полки, уставленные начищенными медными котелками, деревянные поварешки на столах. Единственно, чего не хватало, так это официантов, которые бы пели с горловыми переливами.