Враги народа

Решили отпраздновать в узком кругу. Точнее, это даже не круг, а черточка такая между двумя точками – мной и Тоней. И это было хорошо. Это счастье было наше, и мы не хотели делиться им.

Правда, наше затворничество долго не длилось. Только я успел откупорить бутылку «Советского шампанского», как дробно зазвенел старорежимный, на веревочке, звонок.

Сердце всегда екает от вечерних звонков. За нежданными визитами всегда простирается неизвестность. А в ней могут таиться чудовища. Поэтому дверь я приоткрыл с опаской.

– Ну, ты прям вылитый леший на вид!

И правда, в огромном белом тулупе, пышной заячьей шапке он походил на лешего. Да еще густая борода его просто преобразила. Где та канцелярская чернильница, которой он казался неопытному взгляду в бытность моим заместителем?

– Поруководи леспромхозами с мое! – хмыкнул Фадей.

Антонина расплылась в радостной улыбке. Фадей галантно поцеловал ей ручку.

Я его ждал уже несколько дней. Телеграммой проинформировал об адресе своего проживания и велел по прибытии в столицу сразу двигать ко мне. Вот он здесь, как подгадал. У него талант оказываться в нужное время в нужном месте.

– Эх, родные вы мои. Как же я мечтал свидеться… – Фадей посмотрел на заставленный скромной закуской стол. – Что празднуем?

– Как бы свадьба.

– Везет же мне! С корабля на бал!

Таким образом, за столом нас стало трое. Можно сказать, полноценная свадьба.

Выпили за молодоженов. За нашу счастливую новую семью. И, наконец, за добрую и хорошую жизнь.

Фадей поднял бокал:

– Ну что, друзья мои. Жизнь у нас на подъеме. Всего-то надо было – одному посидеть в тюрьме, а другому ударно пилить бревна в тайге. И вот мы москвичи. И весь мир наш. Не знаю, по заслугам ли или по страданиям, но мы получили еще одну возможность реализовать себя. Отдать свой опыт и силы нашей стране, на которую, думаю, не держим обиды.

Потом мы с Фадеем вышли покурить на лестничную площадку – Антонина не выносила табачный дым.