Врачеватель. Другой мир

Но выводы делать рано, на старый мир опираться невозможно, а текущие правила знаю из рук вон плохо. Когда уже доберусь до библиотеки или найду того, кто ответит на элементарные вопросы? И почему мой предшественник не уделял этому внимания? Ведь его должны были таким вещам обучать. Или в памяти имеются провалы? Тоже нельзя этого исключать.

— Мне требуется некоторое время, чтобы проанализировать состояние вашего сына, — ответил я и добавил: — Если честно, то он очень плох, но об этом знаете и без меня.

— А надежда? — шумно сглотнув прошептала графиня.

И вот тут-то я увидел, что никакая она не стальная. Держится из последних сил, но не задумываясь бы положила голову на плаху, если бы это помогло ее ребенку. Да-да, парню около двадцати лет, но для нее он всегда останется маленьким. Хотя, когда пойдут внуки, то материнскую любовь и опеку частично переложит на них.

— Если бы ее не было, то не просил паузу и все сразу сказал, — ответил хозяйке поместья и попросил: — Давайте пройдем в ваш кабинет, вы дадите мне писчие принадлежности и бумагу.

— Хорошо, — покивала графиня и указала рукой направление: — Пойдемте.

Около сорока минут я выписывал те проблемы, которые обнаружил у Петра Завьялова. Честно говоря, список получился внушительным. Главные кроются в источнике поручика и нервных окончаниях. Именно эти две причины не дают излечиться молодому человеку. Плохо то, что предстоит воздействовать одновременно на слишком многие органы.

— Александр Иванович, вы же понимаете, что две склянки с бодрящим зельем вам никак нельзя одновременно принять, — возмутился зельевар, когда стал посвящать его в свои замыслы.

Мы разговаривали один на один, выставив графиню из ее же собственного кабинета.

— Нет, вариантов, — криво улыбнулся я. — Или вы считаете, что со смертью Петра проклятие само-собой исчезнет? Разочарую, оно перейдет на ближайшего человека и им окажется Сазонов либо графиня. В структуре разобрался, примерный план врачевания имею, но как все пройдет — не знаю.

Да, немного лукавлю, осознаю, что впереди большие трудности. Черное проклятие, наложенное на графа, да еще вкупе с его ранениями, очень мерзкая штука.