Возвращение в «Кресты»

– Да вы, батенька, маньяк!

– Я ж говорю, мутный… – обижался на шутку Ворсистый. – Лекарь без башки…

Но обижался он недолго. Ввязывался в какую-нибудь другую беседу, переключался, отвлекался. А спустя некоторое время снова начинал свои увещевания. И было видно, что не играет – в самом деле ему хочется знать, когда настанет долгожданный день нашего «первого» страстного совокупления.

И такой день настал. Я уже вполне самостоятельно вставал и ходил. Правая рука в жестком гипсе, оттопырена в сторону – у меня был сложный перелом.

Не только руки, но и ключицы. Постепенно научился обходиться одной левой. Это было несложно, требовало только практики. И я никогда не упускал возможности потренироваться.

Она зашла поздно вечером, после отбоя, когда все в конце концов угомонились. Я проснулся за час до того и лежал, и ждал ее, прислушиваясь к звукам в затихающей палате. Это было даже забавно. Мои товарищи по несчастью усердно делали вид, что этот вечер ничем не отличается от предыдущих, заканчивали травить свои дурацкие байки, глотали положенные им лекарства, укрывались казенными одеялами и имитировали погружение в сон.

Но только спящие люди дышат по-другому. Нет, никто из вас, ребята, и глаз не сомкнет. Может быть, даже всю ночь. Ишь рассуетились, словно в пионерлагере.

Она на секунду замерла на пороге, оглядываясь, а потом быстро и совсем беззвучно, как кошка, двинулась ко мне. Я свесил голову с кровати, чтобы посмотреть, что у нее на ногах. Дежурное освещение, которое не гасло никогда, давало достаточно света.

Оказалось, что она была в толстых шерстяных носках. Хитрая! Только вот зачем – все равно никто здесь глаз не сомкнет уже до рассвета. Все возбуждены до предела и дрочат. А кто не дрочит, тот кончит в постельку, как ребенок.

Быстро и неслышно, как тень, девушка подошла и положила горячую ладошку мне на грудь. Чтобы разбудить. Я тут же накрыл ее маленькую ручку своей, улыбнулся и неслышно откинул одеяло. А лежал под одеялом одетым – собственно, как все здесь.

Пижам и халатов в тюремной больничке не водится. Так что времени на сборы тратить не пришлось. Я просто встал и пошел за Ольгой, по привычке стараясь потише шаркать дурацкими шлепанцами. Вот тебе и парочка – ангелочек и бомж в тряпье. Ольгу, впрочем, мой клоунский вид нисколько не смущал, а если и смущал, то она и виду не подавала. Повела меня за собой, держа за руку – как заботливая мать своего ребенка! Низ заломило от вожделения.