Возле Тьмы. Чужой

Рычаг предохранителя работает как безопасный спуск курка. При подъеме вверх рычажок запирает ударно-спусковой механизм во взведенном положении, как в моем любимом М1911. Нормально. Такой пистолет мне точно пригодится, тут вопросов нет.

Черт, а холодно на ветру. Может, перебраться в кабину? Там хорошо, там печка работает. А если машина сейчас разгонится, то я тут совсем задубею, потому что одет не по погоде: рассчитывал на спокойную поездку на грузовике и работу на солнце, а не на вот это все. А если нас все же догонят, что тогда? Останавливаться и перелезать в кузов? Так можем не успеть.

Взгляд остановился на брезентовом чехле, которым был до этого укрыт пулемет. Развернул, накинул на голову и плечи в виде накидки, стало вроде как получше немного.

— Замерз? — спросила рация.

— Немного, — буркнул я.

— Может, в кабину?

— И здесь нормально, рули давай.

Проверил прицел у пулемета — выставлен на минимум. Прямой выстрел тут триста метров получается, дальше идут деления через сто. Или ярдов? А, никакой разницы, в сущности.

"

"Нет, не гонится за нами никто, похоже, темно со всех сторон, никакого света. Видно, и вправду оторвались. Вскоре Джо включил ближний свет, а я с удивлением заметил, что фонари сзади остались темными. Это Джо отключил, или так и было? Так и было, наверное, Джо не отключал габаритных огней. А они, скорее всего, и так не горели. Все по уму в этой машине, она подготовлена для того, чтобы от кого-то смываться. Вот мы и смываемся. И, кажется, смоемся.

Скорость увеличилась, но брезент как-то от ветра прикрывал.

Поскольку место стрелка было сделано по уму, было за что держаться. Ну и само сиденье было таким, что запросто из него не вытряхнешь. Я даже расслабился, положив ноги на крепление пулеметного вертлюга и сложив руки на груди. Задняя бронеплита, как раз поднятая почти под срез ствола, добавляла спокойствия: так просто не подстрелишь. И наличие пулемета очень нравилось.

Так, что там Джо говорил? Умыться? Лицо и вправду стянуло, и запах крови в ноздри лезет. Плеснул воды из фляги на ладонь, провел по лицу, глянул — мама дорогая, на руке вода вся красная.

Точно, как вампир, наверное, выгляжу. Осветил себя фонарем — я как будто из убойного цеха вырвался. И переодеться не во что: у меня что на мне-то и есть. А больше нет ничего. И погода к поездке в трусах не располагает.

Вытащил из рюкзака запасную пару носков, смочил как следует, начал оттираться. Пусть одежду не очистишь, так хоть с кожи кровь сотру, а то и вправду… никуда не годится.