Восход луны

Ураган напрягся и впился взглядом в их узкие морды и холодно поблескивавшие глазки, пытаясь угадать, которая из хищниц кинется первой. В их родном лесу лисы не представляли большой угрозы для котов, если, конечно, не забывать об осторожности. Но сейчас перед ними были очень молодые и очень воинственные лисы, готовые всерьез защищать свою территорию. Ураган не сомневался, что вшестером они смогут прогнать хищниц прочь, хотя, конечно, без серьезных ранений не обойдется. Страшно подумать, как это скажется на их путешествии… «Помоги нам, Звездное племя!» — в отчаянии взмолился он.

Грачик, который стоял ближе всех к лисам, изготовился к прыжку. Меньше одного кошачьего хвоста отделяло его от первой лисы, когда Ураган услышал за своей спиной какой-то странный звук — нечто среднее между рычанием и тявканьем. Первая лиса резко вскинула голову и вдруг застыла на месте.

Ураган быстро покосился через плечо. Полночь проковыляла вперед, протиснулась между Пурди и Ласточкой и остановилась прямо перед лисами.

И тут у него даже уши зашевелились, потому что первая лиса что-то протявкала, явно отвечая Полночи.

— Как я мог забыть! Полночь говорила, что знает лисий язык, — прошептал Ураган, покосившись на Ежевику. Грозовой воин кивнул, не сводя глаз с лисиц.

— Они говорят, что это их земля, — пояснила Полночь.

— Да плевал я на это! — взорвался Грачик. — Скажи им, что если сделают хоть шаг, мы спустим с них шкуры.

Полночь покачала головой.

— Нет, маленький воин. Кошачья шкура тоже пропадет. Жди.

Клокоча от ярости, Грачик отступил на пару шагов назад, а Ласточка ласково уткнулась носом ему в бок.

Полночь сказала лисам что-то еще.

— Я говорю, что вы просто мимо идете, — объяснила она котам, когда закончила.

Первая лисица выглядела слегка смущенной, возможно, она не ожидала услышать лисью речь от барсучихи, а, может быть, ее убедили доводы Полночи. Зато второй лис, тощий, с расцарапанной мордой, продолжал злобно смотреть мимо Полночи на котов и кровожадно скалил зубы. Потом он громко зарычал — на любом языке это не могло означать ничего, кроме угрозы.

Полночь коротко тявкнула.