Восход багровой ночи

– Чем тебе насолила Белоброва?

– Да вроде ничем, но у меня всегда мороз по коже от одного вида этой дамочки, – признался парень Мезенцеву. – У нас в городе ее многие побаиваются, даже те, кто называет себя ее близкими друзьями. Иногда она смотрит на людей так, словно хочет их сожрать.

Шериф понимающе кивнул. В Клыково у Татьяны Белобровой и правда была репутация хищницы и несносной особы. После смерти ее мужа неприятные качества стали еще заметнее во многом потому, что она была весьма влиятельной особой.

Мезенцев и Шилов едва успели сделать пару шагов по мраморной лестнице, как входная дверь особняка распахнулась и наружу торопливо вышла Доминика Поветруля. Ее обычно бледные щеки были покрыты пунцовыми пятнами, в глазах стояли слезы.

Отбежав подальше, она достала из сумочки мобильник и набрала номер.

– Это я, – всхлипнула Доминика в трубку. – Мне нужна твоя помощь, Марат. Я не знаю, к кому еще обратиться…

Шериф, провожавший Поветрулю пристальным взглядом, успел заметить, как та на ходу вытащила из сумки телефон, и даже услышал знакомое имя.

– А вот вам пример, – заметил Виктор, который тоже глядел ей вслед. – Белоброва поссорилась с Поветрулей. Бьюсь об заклад, Татьяна выживет ее из Клыково.

– Из-за связи с покойным мэром?

– Именно! В этом городишке от соседей разве что утаишь? – хмыкнул молодой полицейский, нажимая кнопку звонка.

Дверь открыла молодая горничная. Она тут же узнала Мезенцева и вежливо поздоровалась.

– Хозяйка дома? – осведомился шериф.

– Она сейчас в гостиной, – ответила девушка, отходя в сторону и пропуская полицейских.

В сопровождении горничной они прошли в гостиную, которая превышала своими размерами весь полицейский участок Клыково. В огромном камине полыхал огонь. Татьяна Белоброва в длинном бордовом платье сидела на белом кожаном диване с бокалом красного вина в руке и смотрела на огонь. В ее глазах метались золотистые блики.

– Татьяна? – произнес Мезенцев, застыв на пороге комнаты.