Восемь обезьян

Сегодня она для солидности надела строгий черный костюм и снова нацепила очки с простыми стеклами. Очки были другие, те, первые, погибли в ресторане «Флагман», их растерла в пыль мадам Сугробова."

"— И как это вы всю жизнь на каблуках ходите? Тяжело же! За целый день так ноги устают! — вздохнула несуразная тетя.

— Дело привычки!

— Тяжело… у нас в Воропаевске мало кто носит каблуки. Да у нас там такая грязь — на каблуках сразу увязнешь.

— Вы кофе будете?

— Буду, с молоком. И какую-нибудь булочку, лучше с маком.

Алена подозвала официантку, та приняла заказ, только вместо булочки с маком рекомендовала круассан с вареньем из голубики. Как только они остались одни, Алена быстро взглянула на столик Надежды и попросила свою собеседницу:

— Расскажите мне, пожалуйста, вашу историю. С самого начала и подробно.

— Так я уже все вашему начальнику рассказывала. И вы же там были, слушали.

— Ну, тем не менее. Такой у нас порядок. Иногда просим повторить все не по одному разу — мало ли, что-то первый раз пропустили.

— Ну ладно… значит, я раньше жила в Воропаевске…

— Это где?

— Так в Калининской области… то есть сейчас она называется Тверской, только у нас многие по старой памяти говорят. А дядя мой — он здесь, в Питере. Вместе с женой. Я к ним часто приезжала — все-таки родня, больше-то у меня никого не осталось.

Тетя Геля, правда… это жена дядина… она меня что-то недолюбливала. Так все время косилась, видно, из-за того, что я из провинции, а они все из себя культурные — картины у них, книги да статуи всякие, и вообще добра много, так она думала, я на ихнее добро зарюсь, а мне от них ничего не нужно было, просто по-родственному… и дядя Гриша — он-то это понимал, всегда ко мне по-хорошему… мы же родственники, он мамы моей единоутробный брат был.

— Ладно, — оборвала ее Алена. — Это лишняя информация. Переходите к делу.

— Ну да… значит, в тот раз приехала я к ним с Новым годом поздравить, подарки, то-се.