Воронка второго шанса

— И не надейся, — хлопнул Драгомир друга по плечу. Зная, что не только позовет, а еще и будет уговаривать домоседа оставить свой лес, хоть ненадолго.

Остальные гости быстро знакомились, говорили добрые пожелания и исчезали. Понимая, что зря поддались уговорам Всевида и явились столь безцеремонно. Всем своим видом Драгомир демонстрировал недовольство.

Пришедшие волховицы особенно щедры были на теплые слова, потому как с недавних пор у всех них появилась надежда без страха обрести семейное счастье. Оттого и не было в речах и толики зависти, а только радость за обоих молодоженов, что обрели друг друга.

Особенно запомнилась Лере пожилая волхва богини Живы[1] с добрыми светлыми глазами и лучиками-морщинами.

— Смотрю, огнё́вушка, уже послали тебе боги свое благословение?

— Вы про что?

— Про дочку, краса моя. Али не знала?

— Знала. Недавно узнала только, — смутилась Лера.

— Ты, главное, не бойся. Гони страх и никакой беды не случится. И ни на кого зла не держи. А то ежели даже в мыслях добра нету, откуда ему в жизни-то взяться? Вот, возьми, — она сняла с руки амулет и после кивка Драгомира, одела на запястье девушки.

— Спасибо. А что это?

— Чтоб выносила и родила легко. Диво какая у вас девчушка будет. Ой, не зря Лучезара.

— Как? Почему это?

— А это ты у своего мужа спроси, — посмеиваясь, добавила женщина и как-то незаметно отошла. Остальных волхвов Лера и не упомнила толком, все как в тумане было. Едва только последний из гостей исчез, она гневно повернулась к мужу.

— Это что сейчас было, а? Почему Лучезара?

— Ш-ш, душа моя.

Не порть момент, — он подхватил жену на руки. Победоносно улыбаясь, толкнул ногой дверь и перенес свою половину через порог, — вот теперь последние формальности соблюдены. Теперь все по правилам, жена моя.

Не останавливаясь, Драгомир начал целовать Леру, шагая в сторону спальни. Знал как поцелуями заставить забыть обо всем на свете. Много-много позже, когда утомленная ласками жена сладко спала, он встал с постели и, глядя в окно на темнеющий лес, сделал несколько пассов руками, беззвучно шепча слова наговора-приказа.

Закрывая лес от кого бы то ни было наглухо. Донельзя надоели незваные гости. Никто более не войдет и даже мысленно не постучится. Полная тишина, только они двое и никого больше.

Оттого и не узнал Верховный волхв, что на следующее после пира утро пропала рыжеволосая молчаливая Лина.

[1] Жива — Богиня Жизни, Любви и Лета. Покровительница матерей и женщин, помогающих в родах и уходе за детьми."