Воронка второго шанса

— Она? Да она едва дышит.

— Ты ее глаза видела?

— И что? Оттенок необычный, как и волосы. Это повод ее в чем-то обвинять?

— Она вероятнее всего огневка.

— Кто?

— Очень давно в нашем мире жили такие, как она. Умеющие управлять огнем гораздо лучше других. И умеющие выжигать чужую силу. Как думаешь, что произошло? — криво улыбаясь, он резко повернулся к собеседнице.

— Они попытались захватить власть?

— Они попытались уничтожить всех, кто мог оказать им сопротивление. Маломальское. Большая сила рождает упоение и безнаказанность.

— И что было дальше? — Яра нахмурилась, но взгляд не отвела.

— Мы уничтожили их. Всех. Ценой чудовищных потерь для таких, как мы. И чтобы это не повторилось, было решено, что огневки не должны появляться в нашем мире. Или должны быть уничтожены. Много веков их не рождалось.

— Ты хочешь сказать, — Яра вся подобралась, взгляд заледенел, — что собираешься убить эту девочку?

— Я должен. Это непреложное правило для таких, как я.

Карие глаза полыхнули гневом.

— А не пошли бы вы со своими правилами! — полыхнули яростью карие глаза. — Было у вас что-то в не пойми-каком-году — девочку это не касается, понял⁈ Она не из вашего мира, на нее ваши правила не распространяются. Ты сам сказал, что в нашем мире нет ни сил, ни умений. За что ее в расход? За цвет глаз⁈

— Яра, это не обсуждается. Мне жаль.

"— Знаешь, куда можешь свои жалелки засунуть? — она не отвела глаз, даже когда по волосам волхва заискрились искры силы, а в серых глазах появились опасные всполохи. Рука воительницы инстинктивно легла на меч, — доберешься до нее только через мой труп, понял?

— Яра, не доводи до греха… — сощурил он глаза.

— Ты сам до него доводишь.

— Ты же понимаешь, что против меня в моем доме даже тебе не выстоять? — спокойно, с расстановкой произнес он.

— А я все-таки попробую.

Сила вокруг Драгомира заклубилась мощнее, глаза опасно потемнели. Даже на расстоянии Яра почувствовала, как от искрящейся в воздухе мощи поднимаются волосы на затылке. Кровь гулко застучала в висках. Но страха не было. Была уверенность в своей правоте. И готовность удержать друга от непоправимого шага. Ишь чего удумал! Из-за старой легенды детей убивать.