Воронка второго шанса

Второе — если ты отдашь ее на жертву, то одним из тех будешь, кто эту жертву принесет. А значит — чужому богу поклонишься, своих прогневаешь. Понимаешь, что за тем последует?

— До понял я, — улыбнулся Велеслав, — все понял. А что не понял, то вижу. Ступайте, пусть хранят вас боги Светлые.

— Может ее все же в тереме спрятать? — подала голос Дивляна, — здесь и охрана надежная, девочка под присмотром будет.

— Не будет. Они чувствуют ее силу. Чем она будет дальше, тем лучше. В лесу легче укрыть то, что им знать не положено.

Потом склонил голову и строго зашептал на ухо:

«В дороге поговорим, почему шаманы твою силу в городе почуяли».

«Я случайно! Свечи только зажгла».

«И подслушивала».

— А ну, хватит шептаться. Успеете еще, — проворчал князь, с улыбкой поглядывая на лучшего друга. Вот уж от кого не ожидал. Холодный, язвительный, высокомерный — и подишь ты!

— Не завидуй, — усмехнулся Драгомир, — где валоры шатры поставили?

— В поле неподалеку от центральных ворот.

— Тогда мы через западные поедем.

Чтоб точно никто не пронюхал.

Провожаемый насмешливыми взглядами, волхв, попрощавшись со всеми вышел, увлекая девушку за собой. Миновал стражу, что у комнат княжьих стояла, свернул за ближайший угол и мгновенно прижал Леру к стене, накрыв губы поцелуем. Она, не раздумывая, откликнулась, обвив его шею руками. Скучала весь день! Его язык мгновенно проник в нежный рот, и хозяйничал там, словно стремился доказать самому себе, что это его женщина и ничья более.

Едва сдержался, когда князь огневку рассматривал да с мужским интересом красоту ее нахваливал. Лера, чувствуя взвинченность мужчины, встала на цыпочки, вжимаясь в него всем телом. Стараясь успокоить и получить максимум от поцелуя, жадно отдавая всю себя. Дыхание было жарким и прерывистым, только короткий глоток воздуха успевала втянуть, как вновь и вновь на нее набрасывались ненасытные мужские губы.

— Что ты со мной делаешь, мышка, — пробормотал он, с трудом разрывая поцелуй.

— У меня от тебя голова кружится. И ноги желейные, — прошептала она, нехотя открывая глаза.

— Сегодня, мышонок, я тебя съем. И идет вся эта нечисть с татухами на рожах куда подальше, — он мягко огладил ее бедро, чуть подавшись навстречу. Демонстрируя, как возбужден. Лера вздрогнула от такого интимного жеста, но потом вскинула на него колдовские глаза. Которые сейчас загадочно мерцали язычками пламени в глубине зрачков.

— Еще неизвестно, кто кого съест.