Воронка второго шанса

— А как насчет — погулять?

От неожиданности, девушка едва не выронила поднесенную ко рту ложку. Она привыкла уже к положению если не пленницы, но арестантки, которую конвоируют туда и обратно. Без права побегов вправо и влево. Неожиданно замаячившая на горизонте свобода вызвала легкий приступ паники.

Лера опасливо откинулась на стену дома за спиной.

— А куда? Поедем в город? — с затаенной надеждой спросила она.

— Мы с Ярой пока не хотим раскрывать твое инкогнито. Дождемся возвращения князя. Посоветуемся с ним и тогда представим тебя людям.

— Тогда куда?

— Что думаешь насчет пикника?

— Сейчас? — Лера изумленно глянула на пасмурное небо за окном. Тяжелые крутобокие тучи, ветер. Сказать что зябко — это ничего не сказать. Уж она-то знает: сама галопом выбегала из дома.

— Неподалеку есть горячие источники. Если хочешь — поедем туда. Купалась когда-нибудь в горячей воде, когда вокруг холод?

— Не-ет.

— Тогда тем более нужно ехать.

— А как выходить из горячей воды в холод? Заболеть же можно.

— Мышка, — снисходительно улыбнулся волхв, — неужели ты думаешь, если я что-то предлагаю, то не предусмотрю решения мелких проблем? Купальником я у Яры разжился. Ну, что — едем?

— Конечно! — Лера попыталась вскочить из-за стола, но ее остановил мужское насмешливое:

— Куда собралась? Доедай спокойно, потом переоденешься и поедем. Не убегут источники.

Собрались споро. Перебрасываясь короткими фразами, доехали достаточно быстро. Солнца не было, но хоть дождик моросить перестал.

Рядом с рощей, подальше от посторонних глаз находилось заброшенное капище Лады[1]. Когда-то волховицей здесь была Мара… Та, что сейчас считалась простой травницей, к которой бегают за настоями да лечебными сборами. Эх, что ж так Доля с Недолей[2] повернули… Если бы нее проступок… Искренне и по-человечески понять можно, каждому счастья хочется, и землепашцу простому, и волховице верховной.

Вспоминать горько, хоть и по долгу пришлось делать то, что сделал. А глаза ее, полные боли, обвиняющие до сих пор не забыть.

Лишилось это место своей волховицы, но крупицы силы остались.