Двойник Короля 3

— Коля мёртв! — младший опустил голову, плечи его затряслись.

Звук пощёчины эхом разнёсся по туннелю. Голова Василия мотнулась в сторону.

— Быстро! Я не спрашивал твоего мнения, — рявкнул в ответ, и парень стал рефлекторно открывать бутыльки.

Я сложил свои ладони на груди Николая, начал ритмично давить. «Раз, два, три…» — считал про себя.

— Как скажу, вдувай ему воздух в губы. Нос зажми, — бросил застывшему Василию.

— Целовать? — его глаза расширились от шока.

— Давай!

Младший набрал полные лёгкие воздуха, прижался к губам брата.

Схватил открытые бутыльки. Скорость? Нет, не то! Влил в горло зелье восстановления магии, следом выносливость. Последнюю лечилку опрокинул туда же.

Николай закашлялся, его тело выгнулось дугой. В это же время из глубины туннеля донёсся шорох.

— Бежим! — вздёрнул старшего на спину.

Василий подхватил мой мешок, и мы рванули дальше в темноту. Впереди забрезжил выход из туннеля.

Притормозил, хмурясь: «Разве его не завалила Маргарита? Какого хрена тут происходит?» Плевать! Ускорился и резко застыл у самого выхода, щурясь от яркого света.

Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Я огляделся по сторонам — вроде чисто. Хотя нет, у входа валялось несколько тел в форме людей Зубаровых. На некоторых виднелись следы звериных клыков, других изрешетили пулями.

Я прикинул маршрут до своих земель. Чёрт, даже сигнальной ракеты нет, чтобы вызвать Витаса. Его помощь была бы сейчас как никогда кстати.

— Ладно, бежим! — сказал я и рванул в сторону реки. — Найдём Соплю, перейдём её, и мы дома.

Руки немели под тяжестью Николая. Магия того монгола знатно потрепала не только братьев. Старший начал постанывать мне прямо в ухо. Василий, услышав голос брата, просиял, словно ему золотой слиток подарили.

Лес мелькал перед глазами размытыми пятнами. Мышцы горели от напряжения, в боку кололо. Каждый шаг отдавался болью во всём теле.

— Помолчи! — рявкнул я на Николая, когда тот снова застонал.

Мутные потоки неслись между крутых берегов. Даже в сумерках было видно, как здесь глубоко.

— Я плавать не умею! — голос Василия дрожал.

— Я тоже, — обернулся к нему, — но выбора нет. Либо вода, либо монголы, либо монстры, либо Зубаровы… Решай сам.

Младший Тёркин опустил глаза:

— Оставьте меня. Спасите брата!

— Щас! — дёрнул щекой.