Волчья тропа

– В основном мужчины – группки из четырех или пяти друзей, которые складывали в общий котел все, что у них было. Еще нескольких одиночек – глупые идеалисты. Теперь припоминаю – была там одна семейная пара. Как их звали, не помню, но шли они в Халвестон. А женщина была симпатичной… – Он рассмеялся и добавил: – Точно, я ее запомнил, потому что она назвала Юкон Великим. Ни разу не слышал, чтобы старину Юкона так называли.

Еще слова из маминого письма. Наверное, я улыбнулась, потому что Мэтью замолчал и взглянул на меня.

– Твои родители? Правда?

Было в его голосе что-то такое, отчего отвечать совсем не хотелось, однако мое лицо все за меня сказало. Мэтью молчал, глядя на меня со странной смесью жалости и веселья. Чего это он?

Потом он встал и подошел к высокому книжному шкафу в другом конце комнаты. Из щели между шкафом и стеной достал рулон бумаги и развернул его на столе. Я увидела карту БиСи, Севера и других территорий, мне неизвестных. На ней не было надписей, как на бабкиной.

– Мы здесь, – сказал Мэтью и ткнул длинным тонким пальцем в черную точку, окруженную пустотой.

Я нашла хребет, с которого спустилась, и Муссу. Дальше на юг была еще одна точка – наверное, Долстон, хотя вполне возможно и Риджуэй. На карте весь мой путь занимал не больше фаланги пальца, и когда я взглянула на север – бескрайний и пустой, – мне стало страшно.

– Это Мартинсвиль? – спросила я, указав на черную точку, рядом с которой был нарисован крест.

Мэтью еще раз кивнул и улыбнулся.

– Твои родители отправились в путь во время второй Лихорадки?

– Да, сэр.

Я слышала, что во время Большой Глупости какие-то идиоты сбросили бомбы не туда, куда надо, искорежив землю и открыв залежи желтого металла.

Мэтью откинулся на стуле, поглаживая подбородок.

– Долгий путь. Посмотри сюда – это Халвестон.

Дорога к нему была одна – вверх по карте, через пустоту.

– Как ты сама туда доберешься? Несколько сотен миль…

Я поморщилась.

– У меня есть две ноги. А что еще надо?

Он кивал и кивал, словно деревянный болванчик.

– Еда, например, – сказал Мэтью, взглянув на горшочек с чили, – и вода.

Он посмотрел на пустой стакан, потом перевел взгляд на меня.

Стул вдруг показался ужасно неудобным.

– Мне просто не везло. Я умею охотиться… Просто… просто не везло.