Волчья песнь

 — Все именно так, как я и представлял. Загромождено и чисто.

— Шишки и конфеты? — спросил я его.

Он улыбнулся.

— Эпично и восхитительно.

Джо коснулся каменного волка лишь раз. Дотронулся кончиком пальца головы статуэтки, и солнце между нами вспыхнуло очень-очень ярко.

ГЛАВА 10

ВОЛЧЬИ ФИШКИ/МЫ ОДИНОКИ

Они тренировались. Оборотни. Стая.

Двигаясь бесшумно и быстро, скрывались за деревьями, а затем вновь появлялись из-за них.

Отслеживали меня в лесу, пока я старался сбить их со следа.

— Атакуйте, — велел Томас, и они обнажали когти, а он делал ложные выпады из стороны в сторону, вверх и вниз.

Однажды я спросил его, зачем мы так тренируемся.

— Мы должны быть готовы, — ответил он.

— Готовы к чему?

Томас положил руку мне на плечо.

— Защитить то, что принадлежит нам.

— Защитить от чего?

— От всего, что может забрать у нас нашу стаю или территорию.

Его глаза сверкнули красным.

И по моей спине пробежал холодок.

* * *

Я стал тренироваться усерднее.

* * *

— Счастливого Рождества, Окс.

Джо усмехнулся, когда я крепко обнял его, положив подбородок ему на макушку.

* * *

— Иначе, — заметил Гордо, делая затяжку.

— А?

— Ты двигаешься иначе, — уточнил он.

— Может, я просто взрослею.

— Это больше смахивает на… уверенность. Ты ведешь себя более уверенно.

— Это все волчьи фишки.

— Ты не волк.

— Но близок к этому.

— Он сделал это, да? — прищурился Гордо.

— Кто?

— Томас. Он предложил тебе укус.

Я слышал, как Рико громко захохотал в задней части мастерской. Таннер и Крис прокричали ему что-то в ответ.

— Да, — признался я.

— Окс, — предупреждающе начал Гордо.

— Это мое решение, — ответил я. — Он не сделает этого, пока мне не исполнится восемнадцать, но это все равно только мое решение.

— Просто… блядь, — Гордо явно выглядел расстроенным. — Просто подумай о последствиях. На тебя будут охотиться всю оставшуюся жизнь. Все, кому не лень. Монстры и люди, которых хлебом не корми, дай лишь насадить твою голову на кол.

— Из-за того, что я стану волком? — спросил я.

— Дерьмо, — пробормотал он.

— Или, может, из-за того, что я связан узами с ведьмаком?

— Я говорил тебе…

— Я больше не ребенок, Гордо.

— Но кроме тебя у меня никого нет, — его голос дрогнул.

— Хорошо, — сказал я. — Тогда ты понимаешь, что я никогда не оставлю тебя. Как и все это.

Закрыв глаза, Гордо сделал глубокий вдох.

— Ты отказался, — догадался я. — От укуса. Ты сказал «нет».

Его глаза медленно открылись.