Волчья песнь

Теперь там появилось какое-то движение. Среди деревьев я расслышал звуки других волков. Тявканье. Лай. Пение. Вой. Их были десятки. Может быть, сотни.

Они звали меня. Пели мне: «Мы здесь мы готовы когда ты соберешься стая и сын и брат и любовь мы готовы и мы можем ждать столько сколько нужно».

Томас повернулся ко мне.

— Или же вернуться обратно.

Он снова фыркнул.

— Мой папа сказал, ко мне будут дерьмово относиться, — произнес я. — Перед тем, как ушел от нас. Ты знал об этом?

Томас тихонько заскулил.

— Так и сказал.

Волки в лесу завыли.

— Он оказался не прав, — повторил я. — Потому что Джо нашел меня. И привел к тебе. Ты дал мне цель. Дал мне дом. Целую стаю. Семью.

Глаза волка стали влажными и яркими.

— Ты мой отец, — сказал я, хотя голос сорвался. — Во всех отношениях, пусть и не по крови.

И тогда я ощутил ее. Связь. Нить, которая протянулась между нами даже после смерти. Она была не настолько крепкой, как раньше, и, вероятно, никогда не будет, пока я еще жив, но она была.

И по ней пронесся шепот.

Самый тихий из голосов.

— Позаботься о них ради меня, сын мой.

Томас Беннет подался вперед и прижался носом к моему лбу.

И я выдохнул:

— О…

* * *

Я открыл глаза.

И понял, что нахожусь в комнате, погруженной во мрак.

Со всех сторон меня обдавало жаром.

Я чувствовал себя в безопасности, мне было тепло.

Но присутствовало и еще что-то. Нечто большее.

В комнате раздавались тихие удары, накладывающиеся поверх друг друга.

Некоторые звучали в унисон.

Другие — нет.

Но все они были медленными и мелодичными.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это.

Сердцебиение.

Я слышал, как бьются сердца.

Различал их одно за другим.

Со мной в комнате было десять человек.

Их должно было быть одиннадцать.

Их должно было быть одиннадцать.

Их должно было быть…

— Тише, — прошептал голос у моего уха. Прохладная рука коснулась разгоряченного лба, убирая с него волосы.

— Я даже слова не сказал, — слабо пробормотал я.

— Знаю, — произнесла Элизабет. — Но тебе и не обязательно это делать. Больше нет.

Я понимал, что она имеет в виду. И почему она об этом говорит. Но это казалось невозможным.

И я знал чьего сердцебиения не доставало.

— Джо? — спросил я.

— Закрой глаза, — произнесла она мне на ухо. — Потому что теперь все по-другому, и ты должен найти способ сохранить свою человечность. Закрой глаза, Окс.