Волчья песнь

— А где Крис? — спросил я.

— Поехал к маме, — ответил Таннер. — Снова что-то с желудком.

— Она в порядке?

Рико пожал плечами.

— Может быть. Пока никто не знает.

— Окс! — крикнул Гордо из кабинета. — Тащи свою задницу сюда!

— Оу-оу, — ухмыльнулся Рико. — Будь осторожен, papi. Кто-то сегодня не в духе.

Голос и правда был такой. Напряженный и сварливый. Я заволновался. Не за себя. За него.

— Он просто бесится, что Оксу нужна неделя для школы, — пробубнил Таннер. — Сам знаешь, какой он, когда Окса нет рядом.

Я чувствовал себя отвратительно.

— Я бы мог…

— Захлопни варежку, — велел Рико, прижимая пальцы к моим губам. Я почувствовал вкус машинного масла. — Тебе нужно сосредоточиться на учебе, и Гордо сможет с этим справиться. Образование гораздо важнее, чем его скулеж. Понятно?

Я кивнул, и он убрал пальцы.

— Мы будем в порядке, — сказал Таннер. — Просто сдай тесты, нас ждет целое лето впереди, хорошо?

— Окс!

Рико пробормотал по-испански, что-то вроде «гребаный хренов диктатор» в сторону Гордо. Я научился довольно лихо разбираться в испанских ругательствах.

Я прошел в заднюю часть мастерской, в кабинет, где сидел Гордо. Сосредоточенно нахмурив лоб, он что-то печатал одним пальцем. Таннер подшучивал над ним, что он словно «дятел по темечку». Гордо почему-то не находил это смешным.

— Закрой дверь, — велел он, не взглянув на меня.

Я закрыл дверь и сел на свободное место по другую сторону его стола.

Он ничего не сказал, поэтому я решил начать сам. Гордо порой бывал таким.

— Ты в порядке?

Он сердито посмотрел на экран компьютера.

— Все нормально.

— Ужасно дерганый для того, у кого все нормально.

— Не смешно, Окс.

Я пожал плечами. Такое было в порядке вещей. Я знал это.

Он вздохнул и провел рукой по лицу.

— Прости, — пробормотал он.

— Ладно.

Он наконец-то посмотрел на меня.

— Я не хочу, чтобы ты появлялся здесь на следующей неделе.

Я попытался скрыть свою боль, но не уверен, что получилось.

— Ладно.

Гордо выглядел пораженным.

— Ох, Господи. Окс, я не это имел в виду.

— Я знаю.

— И ты знаешь о договоренности с твоей мамой, что успеваемость в школе не должна пострадать, иначе ты не будешь работать здесь.

— Знаю.

Я был рассержен, и это было заметно.

— Я не хотел… просто… — он застонал и откинулся на спинку стула. — Я в этом полный отстой.

— В чем?

Он махнул рукой между нами.

— В этой херне."

"— Ты хорошо справляешься, — тихо заметил я. С этой херней. Он был мне как брат или отец.