Волчья песнь

Я не знал, пыталась ли она дозвониться Джо, Картеру или Келли. Не знал, чувствуют ли они ее лучше меня. Я рассказал ей все, что мне было известно, про то, сколько времени прошло и какие расплывчатые новости до меня доходили.

Она кивнула, посмотрела вдаль и произнесла:

— Мы должны собраться на ужин в воскресенье.

Так мы и сделали.

Потому что это была традиция."

"Элизабет стояла на кухне, покачиваясь под тихую мелодию, доносившуюся из старого радио. Вряд ли это была Дина Шор. Вероятно, прямо сейчас это был бы перебор.

Марк и Таннер занимались грилем снаружи, хотя уже похолодало. Рико и Крис накрывали на стол.

Робби неуверенно мялся на пороге кухни.

— Окс, — позвала Элизабет, — ты закончил с луком?

— Да, — протянул я ей миску, в которую сложил нарезанный кубиками лук. Потому что мы делали вид, что все в порядке.

— Спасибо, — улыбнулась она. Эта улыбка лишь смутно походила на прежнюю, но во всяком случае она хотя бы появилась. Элизабет оказалась сильнее, чем я думал. Больше я ее так недооценивать не стану.

— Робби, верно? — произнесла Элизабет, помешивая лук.

— Эм… — отозвался Робби. — Да?

— Точно? А то ты как будто не уверен.

— Да, — ответил он. — Точно.

Но при этом он все равно казался не очень уверенным.

— Робби как дальше?

— Робби Фонтейн.

— Фонтейн, — повторила Элизабет, мельком глянув на него, прежде чем снова вернуть внимание к плите. — Ах да. Твою мать звали Беатрис.

— Вы знали мою мать? — переспросил он потрясенно.

— Мы вместе учились. Мне было жаль, когда я узнала о ее смерти.

— Это произошло очень давно, — неловко пожал плечами Робби.

— И все же. Она была умной женщиной. И очень доброй. Мы с ней не были так близки, как мне того хотелось бы. Наши пути разошлись.

— Да, — хрипло сказал он.

— У тебя есть стая? — спросила Элизабет.

Я уловил значимость ее слов, даже если Робби не смог.

Он снова пожал плечами.

— Иногда? Ничего постоянного. Учитывая мою работу, я, как правило, много времени провожу в разъездах. Любые связи, которые мне удается сформировать, обычно носят временный характер.

— Временный? Должно быть, это не слишком приятно.

— Ну, так уж вышло, полагаю, — Робби явно чувствовал себя неудобно. Он нервничал. Помню, в самом начале, я чувствовал себя рядом с ней точно так же.

— Но теперь ты здесь.

— Потому что мне так велели, — его глаза расширились. А следующие слова вышли поспешными. Торопливыми. — Но это не значит, что я не хочу находиться здесь или что-то в этом роде.

— Разумеется, — спокойно ответила Элизабет.