Волчья песнь

Марк оставался силен и крепок, как и всегда, но я знал о фотографии, которую он хранил в ящике стола. Фотографии, о которой он полагал никому больше неизвестно. Той самой, на которой они с Гордо были ровесниками Джо и ухмыляясь, обнимали друг друга за плечи. Гордо улыбался в камеру, он выглядел гораздо моложе, чем я его помнил. Марк же… Марк не сводил глаз с Гордо.

Я так и не спросил, поговорили ли они до того, как Гордо уехал с остальными.

Но надеялся, что он все-таки поступил правильно.

Хотя у меня не хватило духу выяснить это наверняка.

Таннер, Крис и Рико тоже становились сильнее с каждым днем. Процесс протекал медленно, но они были связаны с нами, как и все остальные.

И все же. Прошло четыре месяца, а мне казалось, мы уже с трудом справляемся."

"Возможно, именно поэтому те две недели, на протяжении которых от Джо не было ни весточки, ранили меня сильнее, чем следовало.

Может, поэтому я и разозлился, когда он наконец написал мне. С нового номера, старые телефоны наверняка выбрасывались.

Сообщение оказалось коротким.

«Мы в порядке».

И я сорвался.

Набрал этот номер.

Спустя несколько вызовов сработало автоматическое сообщение, уведомив меня, что голосовая почта не настроена.

Я позвонил снова.

И еще раз.

И еще.

Лишь только на пятый или шестой раз на том конце сняли трубку.

Он ничего не сказал.

— Ты гребаный мудак, — прорычал я в трубку. — Не смей так со мной поступать! Слышишь меня? Не смей. Тебе вообще, блядь, есть дело до нас? А? Если так, если хоть какой-то части тебя все еще не плевать на меня — на нас — тогда тебе нужно спросить себя, стоит ли это того.

Джо не произнес ни слова.

Но оставался на том конце, потому что я отчетливо слышал, как у него перехватило дыхание.

— Ты засранец, — пробормотал я, внезапно ощутив невыносимую усталость. — Просто чертов ублюдок.

Мы провисели на телефоне около часа, слушая дыхание друг друга.

Когда я снова открыл глаза, уже наступило утро, а мой телефон полностью разрядился.

* * *

Только спустя полгода после их отъезда я понял, нужно что-то менять.

Мы не могли продолжать в том же духе.

Джо писал чаще, примерно раз в несколько дней, но новости оставались такими же расплывчатыми, как и всегда, и чем дольше это продолжалось, тем меньше надежды на то, что я скоро их увижу снова у меня оставалось.

Робби, как оказалось, знал еще меньше нас. По крайней мере, так он говорил.