Война за Проливы. Решающий удар

В ближайшее время вашим лондонским политикам придется всерьез призадуматься над тем, как, опираясь на еще имеющиеся возможности, превратить всю территорию Империи в единый монолит, где не будет ни англичанина, ни валлийца, ни шотландца, ирландца, южноафриканца, или индуса, и так далее, а будут только великобританцы – одинаково образованные и верующие в одинаковые истины. В противном случае с прицелом лет так на пятьдесят я и гроша ломаного не дам за вашу пресловутую империю, над которой никогда не заходит солнце.

– Да, отец, – сказала принцесса Виктория Великобританская, – это и в самом деле так. Или мы переймем опыт общежития разных народов, имеющихся у Российской империи, или наша любимая Британия падет в прах, чтобы больше никогда не подняться.

– Хорошо, – немного подумав, произнес король Эдуард, – мы принимаем эту оговорку нашего племянника Майкла, ибо она справедлива. А теперь мы хотели бы услышать, что по этому поводу скажет другой наш племянник, Уильям?

– Я буду придерживаться той же политики, что и брат мой Михель, – сказал кайзер Вильгельм.

– Это справедливо, – сказал император Михаил, – поэтому Россия тоже будет придерживаться этого правила, предложенного моим братом Вильгельмом. Так что быть посему."

"– Я думаю, что для Британии это тоже приемлемо, – сказал король Эдуард. – Ну и поскольку разговаривать о присоединении моей страны к пограничному, торговому, таможенному и почтовому союзам Континентального Альянса следует на уровне министров, то предлагаю перейти к десерту, то есть к разделу французской территории.