Вновь учиться жить

Она… ваша внучка! Как вы так можете говорить?!

– Внуки у меня должны быть все здоровые и от нормальной снохи, а ты… даже родить нормальную девку не смогла, не то, что пацана, – презрительно выдала она и, видя в глазах молодой женщины обиду и, возможно, ненависть, с довольной ухмылкой проговорила: – Ну? Что-то хочешь сказать? Говори, а я… послушаю… Так даже будет лучше… для меня…

Ольга посмотрела в противоположную сторону, и спросила:

– И когда вы хотите нас выгнать? Владимир знает, что вы его и…

– Сынок уже давно все знает, и ему не стоит волноваться, а вот тебе нужно подумать, где найти приют.

– Я не понимаю вас, – произнесла Ольга, чувствуя, как в груди все сжимается от страха за себя и маленькую дочку."

"– Это твои проблемы. Можешь уматывать в свою далекую деревеньку, откуда выползла, там тебе будут ряды. Нас это уже не касается! Все, я пошла, а ты постарайся все тут убрать, а через несколько дней сдашь ключи. Поняла?

Ольга ничего не ответила, лишь кусала губы в кровь, не замечая, как свекровь коварно улыбнулась и пошла на выход.

Мысли одна за другой кружились в голове. Но надежда зрела в груди, что муж все исправит, скажет, чтобы не волновалась, убедит, что они вновь поругались с матерью и ничего не случится. Он обязательно успокоит и прижмет к груди, ведь не может быть все так ужасно.

Ольга не знала, сколько так сидела, пока не услышала звук домофона, свидетельствующий о том, что пришел муж.

Светловолосый высокий мужчина худощавого телосложения вошел в кухню и сразу же недовольно рявкнул:

– Что, даже тяжело встретить? Лень встать со стула?

Оля невидящим взглядом смотрела на свои руки, желая сразу задать важные вопросы, но ей было очень тяжело это сделать.

– Приходила… твоя мама – совсем тихо проговорила Ольга и, облизнув губы, пытаясь не разреветься, дрожащим голосом продолжила: – Она сказала, чтобы я с Алиной собирала вещи, и через несколько дней уходила отсюда. А у тебя другая жизнь…

Как только произнесла слова, являющиеся приговором для нее, посмотрела в глаза любимому мужчине, читая в них неверие, возмущение и злость.