Вне закона

Если я сделаю петлю по распадку, то никакие следы видны не будут – кусты все укроют, и эти же кусты дадут мне возможность скрытно наблюдать, а вот меня в них в моей серенькой брезентовой куртке не заметишь.

Лучше места не найду, так что все решится здесь… если мой план сработает.

Еще чуть подогнал лошадей, отрыв нужно увеличить, потому что и мои преследователи вполне могли ускориться. По следам поняли, что я своих лошадок пришпорил, – и тоже прибавили ходу. Следы ведь все скажут тому, кто их читать умеет, а не такая уж это и сложная наука на самом деле, хотя бы в своей основе.

Следующий холм, он хотя бы чуть пониже. За вершину перевалил и лошадей осадил. Повод к дереву, чтобы коников своих не лишиться, ну и надежда на то, что какие-нибудь голодные хищники, до лошадей повадливые, сюда не наведаются. Тут и медведь может быть, и волки, и что-то вроде пумы – такая же большая кошка, только не песочного цвета, как полагается, а потемней и с еле видимыми полосками.

Карабин и патронташ с собой – и ноги.

Бегом, бегом, таким маршрутом, чтобы мои следы даже случайно не заметить было верховым, вот и распадок уже, кустарник там такой, что не сразу-то и прорвешься, вроде орешника что-то, камней тоже хватает.

И ветки пока не ломать, не ломиться. Недавно сломанную ветку на самом деле видно издалека, место слома светлое, в глаза бросается, могут и обнаружить по нему, а это мне некстати и не в кассу.

– Ранить, надо ранить, – прошептал я сам себе, подбираясь к запримеченному камню, округлому и массивному, обросшему кустами с обоих боков.

Убьешь преследователя, и может выйти так, что остальные лишь разозлятся, все это личным и кровным станет. А вот раненых не бросишь, с ними возиться надо, особенно если обезноженные. И если лошадей поубавится. Так что лошадей – и ранить.

От камня обзорчик и вправду так себе оказался, кусты мешают. Или придется в полный рост вставать, что никак не годится.