Властелин моих кошмаров, или Невеста на обмен

Хотя, видит Варх, еще немного, и Кольт доведет меня до греха.

– Один танец – и вы оставляете и мелодию, и оркестр, – я решительно положила руку на его плечо. Потом придушу. После церемонии. Сразу, как Ее Величество отбудет обратно в Хитану. – Но должна предупредить: танцую я сносно, но не более того. В пансионе не делалось акцента на светских развлечениях. И нет, сир Кольт, не пытайтесь мне предложить свои уроки."

"– Я вас услышал, – скупо ответил тот. – Танцуем?

– В грязь лицом перед Ее Величеством я не ударю, но и удовольствие вы вряд ли получите, – зачем-то предупредила мужчину.

– Не беспокойтесь, мисс Эштон. Мое удовольствие – не ваша забота, – улыбнулся чему-то гад, похлопывая меня лапой по пояснице.

– И еще одно условие.

– Мое терпение не бесконечное, – он угрожающе сжал пальцы на талии. Но я не напугалась: у меня-то терпение давно кончилось. Пеплом обратилось и по Тарлину развеялось. – Выдвигайте свои условия поскорее.

В воздухе громыхнуло, погода начала портиться.

– Этот танец будет первым и последним, – потребовала строго. – И вы не посмеете повторить свое издевательство прилюдно на нашей с Адамом свадьбе.

– Если церемония состоится и вы не сбежите в последний момент, обещаю, мисс Эштон: я к вам за весь праздник даже не подойду, – совершенно серьезно заверил Кольт, вытащил меня на площадку перед лавкой и махнул кустам.

С невидимых инструментов тут же сорвалась мелодия.

– Расслабьтесь, мисс Эштон, – увлекая меня в танце, велел Кольт.

– Я не хочу расслабляться в вашем обществе, – процедила, отмечая, как предательски подрагивают мои пальцы, стиснутые в его ладони.

– Вы слишком зажаты. Это… невыносимо.

– Я от танца с вами тоже не получаю удовольствия, поверьте!

– Придется потерпеть, – проворчал вархов опекун, кружа меня по площадке.

Расслабиться. Подчиниться. Довериться. Именно эти три вещи я не могла делать в присутствии Кольта. И в его отношении.

– И на ноги наступать тоже необязательно… – прорычал Кольт спустя минуту. Как раз тогда, когда танец вдруг и мне начал приносить удовольствие.

– Простите.