Владелец

А подробности мы тебе потом расскажем. Сейчас, думаю, не место и не время.

Мериам увидел, как побледнело красивое лицо оскорбленной иномирянки, и чудные фиолетовые глаза гневно блеснули.

— Вы понимаете наш язык? — спросил он. Дождавшись неохотного короткого «да», тоже извинился. — Простите меня, леди Шанель… э-э-э… Расар.

Женщина равнодушно кивнула и отвела от него взгляд. В этот момент она ощутила холод в груди. Высокородная шейта никогда даже предположить не могла, что кто-то может назвать ее рабыней.

Посчитать зависимость рабством. А ведь она из старинной аристократической семьи Империи Шейтин. Ее отец входит в Высший Совет… Да, в ее мире каждый знает, что значит для шейтинки хозяин. Каждый мужчина, обзаведясь семьей, заботится о своих женщинах, ублажает и бережет до последнего вздоха. Наложницы не рабыни, они так же любимы и лелеемы, но прав на хозяина у них чуть меньше и образование подводит. Шейт никогда не знал рабства, и любой его подданный умрет за свою честь и достоинство, а сейчас ее так спокойно, походя, унизили. Все ее жизненные принципы, реалии и само существование вывернули наизнанку, извратили. До сих пор она ни разу в жизни не думала, что ее зависимость и обращение к своему мужчине могут интерпретировать как рабство.

Шанель ощущала себя мерзко, словно ее сейчас испачкали в дерьме. Спустившись по трапу, она застыла в сторонке, ожидая мужчин, выгружавших багаж. Она не смотрела по сторонам, любопытство и волнение в преддверии нового испарились, оставив после себя пустошь, продуваемую ледяным ветром.

Новый мир, куда она несколько суток усиленно готовилась ступить, жизнеутверждающе смотревшийся из космоса, неожиданно придавил реалиями."

"Ее внимание привлек невиданный прежде плоский диск-платформа с колонкой управления и металлическим полукругом поручней. Пока Кайсар блокировал свой корабль, Лоэл с Мериамом закрепили на диске багаж и ждали супругов Расар.

Кай взял Шанель за руку и вздрогнул, ощутив, насколько она ледяная.

Заглянул в лицо жены и замер, встретив ее неожиданно безразличный взгляд, который больше не искрился обожанием к нему, любовью. И это напугало его до противной дрожи внутри. Он понял, что именно вызвало такую реакцию. Еще в тот момент, когда почувствовал, как окаменело ее тело в его руках после обидных слов друга, а потом, когда заметил, как опустились ее плечи, словно на них давила невидимая тяжесть.