Власовцев в плен не брать

Но тех двоих, отделившихся от общего потока, загнанного обратно в лес, он всё же разглядел. Пригнувшись к земле, они что есть духу бежали к опушке. Иванок поймал в перекрестье второго. Стрелять всегда надо последнего. Первый не сразу заметит потерю товарища, и этого мгновения хватит, чтобы успеть перезарядить винтовку и взять в прицел и его. Это правило знал каждый снайпер.

Пятнадцать патронов – это слишком мало для нового боя. Пополнить боекомплект вряд ли удастся. Придётся взять мосинскую винтовку. Но этого делать не хотелось.

Немец, которого он держал в перекрестье прицела, бежал из последних сил. Каска его болталась, ранец подпрыгивал выше головы. Почему опушка не стреляет им навстречу? Там никого нет? А может, их решили взять живыми?

В любом случае всё равно им отсюда не уйти. Пусть немного побегают…

Иванок снял палец со спусковой скобы.

Ну и чёрт с ними, ещё раз успокоил себя Иванок, ещё не совсем понимая, что с ним произошло, почему он не снял эти две верные цели. Хватит. Он и так сегодня стрелял много.

Иванок опустился на дно ячейки. Достал фляжку с водой. Долго пил. Вода была тёплой, но всё же приятной. Свежей воды сейчас найти было негде. Он встал и пошёл по ходу сообщения в сторону НП командира роты. Хотелось увидеть лицо Воронцова, поговорить с ним.

Там уже толпились незнакомые офицеры с чёрными кантами – артиллеристы. Они смотрели в бинокли через бруствер и поздравляли друг друга с отличной стрельбой.

Воронцов вытирал пилоткой лоб. Лицо его сияло. Он увидел Иванка и обнял его.

– Дали мы им, да, товарищ старший лейтенант?

– Дали, – смеялся Воронцов.

– Совсем как они нам на Угре. Помнишь?

– Помню.

– Как думаешь, они повторят?

– Могут и повторить.

Зазуммерил телефон. Телефонист Данин подал Воронцову трубку:

– Товарищ старший лейтенант, вас – Первый.

Капитан Солодовников не говорил, кричал в трубку:

– Молодец, Воронцов! Какой ты у меня молодец, Воронцов! Какие у тебя потери? Убитые есть?

– Убитых нет. Трое раненых. Один – тяжелый.

– Куда?

– В грудь. Навылет. Веретеницына уже повезла его в тыл.

– Видишь, какая у тебя оборотистая старшина медицинской службы, Воронцов? А ты на неё всё жалуешься.

– Да я не жалуюсь. Не место ей на передовой, в окопах.