Вкус крови

– Или на тебя заведут… Или снимут с работы… Или ты просто попадешь в аварию. Какой вариант тебя устраивает больше?

– Скажете тоже, Дмитрий Евгеньевич!

– Реалии наших дней.

Впервые он увидел их вместе. Николай Гринько и Альбина Коржавина стояли у дверей морга, не заходя внутрь. Оба были мрачными, даже скорбными.

– Заходите, – сухо сказал Самарин.

Вышел Санька Попов. Как всегда ироничный я деловой, он кивнул Дмитрию и снова исчез.

Только сейчас Самарин вспомнил о его существовании.

Да, он изменился. Раньше мысль о ней постоянно висела на грани сознания.

Многие годы, просыпаясь по утрам, Дмитрий первым делом вспоминал о том, что на свете существует Елена Штопина. И вот теперь забыл.

Может, дело в ревности? В том, что она снова выбрала другого? Да нет.

Просто началась война, а Штопка осталась там, в мирной жизни.

Санька снова появился и жестом пригласил всех войти. Тело, предназначенное для опознания, лежало на каталке, накрытое простыней.

Да есть ли там что-то!

– Полученный удар, – бесцветно говорил патологоанатом, – не мог привести к летальному исходу. Смерть наступила в результате переохлаждения. Замерз.

Перед ними было тело. Маленькое, худосочное, синеватое. Казалось немыслимым, что в нем когда-то могла теплиться жизнь.

Альбина внезапно разрыдалась в голос. Гринько только смотрел и молчал.

– Вы узнаете его?

Путевой обходчик кивнул.

– А вы? – это был вопрос к Альбине.

– Он. Митька.

Она не выдержала и снова зарыдала, уткнувшись в плечо Гринько. Николай смотрел перед собой, на скулах прыгали желваки.

– Убирай, Саня. А вам придется пройти со мной в прокуратуру, оформим протокол опознания.

Гринько и Коржавина вышли.

– Маньяк-то твой убег, я слышал?

– Слава Богу, Санек, не мой, а Мишки Березина. Так что ко мне это не имеет отношения.

Дмитрий посмотрел на Саньку.

"Но таких вопросов Самарин не задавал. Даже когда очень хотелось. Вместо этого он спросил:

– Ты, кстати, сегодня не будешь в наших палестинах? Или на Ладожском?

– Нет, я сутки дежурю. И в ночь.

– Ну тогда до другого раза.

Самарин вышел на улицу. О чем он хотел поговорить с Санькой? Он и сам толком не знал. И никакого «другого раза» не будет.

Но и дружбе с Санькой больше не быть.