Вкус крови

Глеб пытается сообразить, что это за должность, но тут следует окрик:

– Смотреть на меня! Глеб поднимает глаза.

Дознаватель стоит прямо перед ним, и теперь Глеб может разглядеть его лицо. Красное, мясистое и злое.

– Ты убил Марину Сорокину? – жестко спрашивает дознаватель. Глеб молчит.

– Еще раз спрашиваю.

Гусаков достает из кармана небольшой предмет.

Монета. Она ярко блестит в ослепительном свете, заливающем подвал.

Дознаватель методично подбрасывает монету в воздух и ловит ее. Взгляд Глеба как завороженный не может оторваться от яркой точки, мелькающей перед ним.

Вверх-вниз, поймал. Снова вверх-вниз. От этого монотонного движения хочется спать. Откуда-то из глубины сознания выплывает воспоминание о том, что любого человека можно загипнотизировать, если раскачивать у него перед глазами яркий шарик.

Вверх-вниз, поймал. Вверх-вниз… Внезапно монетка со звоном падает на пол. Глеб механически опускает глаза, чтобы рассмотреть ее. И в тот же миг дознаватель резким движением бьет его под ребра ребром ладони.

Он мешком валится на пол. Следует резкий окрик:

– Сесть! Поднять голову!

Глеб подчиняется. Сесть обратно на табуретку удается не сразу. Ноги не слушаются, спина и затылок горят огнем, будто пронзенные сотнями бутылочных осколков.

– Ты убил Сорокину?

Он молчит, пытаясь свыкнуться с новой болью.

– Скотина, – констатирует дознаватель. – Ладно, – обращается он к кому-то, кажется к Чекасову, – уведите его.

Глеб уже стоит в дверях. Дознаватель подходит к нему и резко бьет в поддых.

– Думаешь, отделался? Учти, это еще цветочки. Ягодки будут потом. Хочешь в молчанку играть? Поиграй, поиграй, как бы тебе эта игра боком не вышла. Ясно, сука?

– Не понял, – сказал кому-то в трубке полковник Жебров, – какие нарушения?

Да о чем вы, Семен Семенович? Просто не успели еще. Сегодня же проведем. – Он опустил трубку на рычаг.

– Откуда? – спросил замначальника майор Гусаков.

– Спиридонов из прокуратуры. Вздрючили его, видать. – Полковник указал глазами на потолок. – Вот он и спустил кобеля.

– И чего им надо?

– Хрен их знает! Решили понаблюдать за тем, как ведется дело Пуришкевича.

С какой стати? Ни черта не понимаю. Видите ли, их интересует, было ли проведено опознание подозреваемого свидетелями. Только работать мешают!

– Да, – согласился майор Гусаков, – им-то что, они настоящего дела и не нюхали.