Вкус к жизни

Он не хотел уезжать так, но кроме насущных вопросов, свои коррективы внесла и треклятая спина! Он протянул месяц… Всего месяц, а теперь вынужден ловить по миру уже двух человек, способных поставить его на ноги.

Мартин болезненно поморщился, вспомнив, что Юли рядом нет и теперь вовсе не обязательно скрывать реальное «лицо». Ему было больно. И страшно. Потому что он не имел права подвести её. И не имел права позволить Пашке выиграть в этой неравной схватке! А ещё трижды позвонил отец. Вероятно, непревзойдённая Агнесса Львовна успела поставить его в известность об изменившемся семейном положении их общего сына.

Можно быть уверенным: барон уже потирает руки, надеясь стереть наследника в порошок. Мартин будто наяву слышал его эмоциональные окрики и демонстративное прикладывание ладони к сердцу. Помнится, в последний раз ему сватали самую настоящую княгиню. Она остро нуждалась в средствах, а отец в родовом замке её семьи.

Не давали покоя и мысли о брате. Павел Сергеич окончательно слетел с катушек! Впрочем, это стало понятно уже давно.

В тот самый день, когда на пресс-конференции было объявлено, что картины, сорвавшие овации, принадлежат кисти Юлии Трофимовой. Признаться, что волна пойдёт так быстро, а затопление будет иметь настолько серьёзные масштабы, Мартин даже не ожидал. Но камень брошен, круги на воде было не остановить. Вот тогда-то Астафьев и появился. Прямо в гостиничном номере.

– Где она?! – взревел Пашка, осматривая апартаменты.

Мартин даже не думал поддаваться на его эмоции – остался сидеть в кресле.

Смакуя, он потянул коньяк. Запыхавшийся Астафьев появился практически сразу, рухнул на диван напротив и намертво вцепился в глотку. Пока только взглядом.

– Ты ведь сказал, что не видел её… – с какой-то детской обидой потянул брат. Мартин развёл руки в стороны, отрицать очевидное казалось глупо. А ещё хотел сделать ему больно. Сейчас это казалось особенно легко.

– Соврал, – насмешливо скривил он губы.

Астафьев задохнулся подобной наглостью, его глаза опасно заблестели.

– Зачем? Какого хрена тебе от меня нужно?! Будешь вечно пить мою кровь?!

– Паш, ты параноик, – усмехнулся Мартин и взмахнул рукой в сторону бутылки с коньяком. – Я вообще стараюсь по возможности не вылезать из своей берлоги. Выпей, расслабься… – совершенно по-дружески предложил он и придирчиво осмотрел Астафьева. Тот не отводил взгляда и нервно улыбался, не веря ни единому слову.

– Где Трофимова?"

"– Юлия гостит у меня.