Виват Россия!

– Ну как, есть какие-нибудь новости? – запрыгнув в седло, поинтересовался он у Гусева.

– Всё хорошо с Ильюхой, – пристраиваясь рядом, ответил тот. – Я же говорил, что нечего за него волноваться. Показал себя он в сражении достойно. Низовской полк три раза от себя французов штыками у берега Адды отбрасывал, а потом сам атаковал и прорвал две неприятельские линии. Полковой квартирмейстер, с кем я беседовал, говорит, что фамилия его в общей похвальной реляции имеется, в учёте по раненым Илья не указан и самого он его на построении перед миланским смотром лично видел.

– Ну и славно. – Алексей вздохнул с облегчением. – А то душа не на месте. По штабным делам вопросов к нам не было?

– Нет, – ответил Сергей. – Карту восточного Пьемонта себе срисовал, все бумаги по убыли личного состава и по потребностям передал. Да и так поговорил о том о сём. Штабные рассказали, что из венского гофкригсрата начали палки генерал-фельдмаршалу активно вставлять. Барон Тугут требует начать поиски на Турин, но большими силами никуда из Ломбардии пока не уходить, а ждать, пока падёт Мантуя и все прочие осаждённые крепости.

– Да, это, конечно, плохо, – признал Егоров. – Слышал о таком, тоже про это рассказали. И причина понятна, у Вены здесь в Италии свой корыстный интерес, и мы, ещё даже не добив неприятеля, уже начинаем сильно мешать Габсбургам. То ли ещё будет, когда с французами покончим.

– Viva la Russia! Viva i nostri liberatori![32] – раздались крики из стоявшей на обочине дороги толпы. Народ рукоплескал и кричал здравницы проезжавшим мимо русским гвардейским офицерам.

– Viva la Lombardia! Viva l'Italia![33] – крикнул, помахав рукой, Милорадович.

– Вива! Вива! – разразились криками и овациями те.

– Тихо-тихо, Живан. – Алексей, ехавший впритирку, положил ему руку на плечо. – Ты с этим осторожнее, особенно со здравницей про Италию.