Витязь 2 (СИ)

Разве только случилось бы всё чуть позже и на более высоком уровне.

— Сударыни, на этом настоял ректор, а потому те из вас кто занимается артефакторикой должны осмотреть артефакт и убедиться в его исправности. — Иннокентий Петрович указал на прибор стоящий на столе рядом с кушеткой.

Первой подошла княжна Аничкова. Я бы даже сказал, проявила нетерпение. Далее последовали ещё две княжны и пять боярышень, представители разных не просто университетских группировок, но партий знати Русского царства. Уж и не знаю, что ими сейчас двигало, банальное любопытство или желание принять участие в некой политической игре.

"После проверки артефакта, лекарь приладил его на животе Ольги и подозвал меня. Признаться мне пришлось взять себя в руки, чтобы не пялиться на жену. Шутки шутками, но женщины у меня не было уже довольно давно, хотя и препятствий для этого не имелось. А тут вроде и не эротическое одеяние, но будоражащее воображение, плюс оголнный живот. Словом, есть на чём задержать взгляд. А тут ещё и щебечущие смешки молоденьких девочек за спиной.

Иннокентий Петрович сделал прокол на подушечке моего указательного пальца и я размазал выступившую капельку крови в окошечке тихо жужжащего артефакта. Та сразу же и без остатка впиталась, после чего жужжание стало громче и басовитей. Наконец над окошечком засияла небольшая радуга.

— Каждый охотник желает знать где сидит фазан. — Довольно отчётливо произнесла Аничкова общеизвестную считалочку.

— Правильное расположение спектра, чего и следовало ожидать.

Тут целая система. В зависимости от расположения цветов можно определить дальность родства по материнской или по отцовской линии.

— Вообще-то, были и те, кто надеялся на полное отсутствие радуги. — Возразила боярышня Зарецкая.

Вот так сразу и не поймёшь, рада она за кузину, или осталась разочарованной. Дух соперничества он такой. Или за этим кроется что-то более серьёзное? Да кто же этих высокородных поймёт с их хитрыми раскладами.

— Елизавета Петровна? — Поднимаясь с кушетки и опуская сорочку, обратилась моя жена к Аничковой.

— Ольга Платоновна, прошу прощения за высказанные мною сомнения. — Вынуждена была признать свою неправоту та.

Вообще-то могла бы наплевать и обострить. У неё хватает сторонников, который непременно вступятся за честь княжны невзирая на её неправоту. Это вообще не имеет значения. Главное готовность поставить свою жизнь на алтарь служения сюзерену, что непременно скажется в будущем.