Вираж бытия

Например, я уже сейчас вижу тактику по схеме удар-отскок, когда истребители, не ввязываясь в «собачью свалку» станут бить вражеские самолеты на проходе. Потом, отрываясь за счет скорости. Разворачиваться. И вновь повторять заход. Чем не вариант?

– А его примут?

– Посмотрим. В конце концов, если у нас будет самолет для такой тактики, то почему нет?

– Особенно если не будет других истребителей? – вяло улыбнулся Поликарпов.

– Именно Николай Николаевич. Именно.

Глава 2

1926 год, апреля 2, Москва

– Зачем нам флот? – спросил Фрунзе, после приветствия людей, собравшихся в зале.

"– В каком смысле? – Напряженно переспросил Немитц Александр Васильевич, бывший контр-адмирал[26], перешедший в свое время на сторону Советской власти.

Да и по всей аудитории прошла волна нескрываемого напряжения.

Человек триста мужчин откровенно взволновались. Да не простых мужчин, а начальствующих лиц, значимых инженерно-технических и прочие связанные с ВМС РККА кадров. Их Михаил Васильевич начал собирать в тот же день после знаменитого совещания в ЦИК.

Да, флот в краткосрочной перспективой развития РККА не выглядел чем-то важным и нужным. Если говорить честно, то он даже вызывал ассоциации некоего балласта, который своими бюджетами немало затруднял развитие и реконструкцию РККА. Но это – в краткосрочной перспективе. Уже где-то в горизонте десяти-пятнадцати лет все начинало меняться. Кардинально.

Понятное дело, на полях Второй Мировой войны победу кораблями не добыть. Во всяком случае – Союзу.

Беда была лишь в том, что во флоте все очень медленно. И если ты хочешь получить какие-то результаты через десять-пятнадцать лет, то начинать по ним работать требовалось уже сейчас. Ибо дорого все, долго и медленно. Так что, Фрунзе может и хотел бы послать ВМС лесом. Во всяком случае в ближайшие годы. Да не мог. Моряком он не был никогда. И вообще с морской тематикой был знаком лишь понаслышке. Но даже ее хватало для осознания таких банальных вещей…

– Думаю, что вы меня явно не так поняли, – усмехнулся Михаил Васильевич, глядя на то, как его провокация удалась и вынудив всех присутствующих прекратить разговоры, сосредоточившись на наркоме.

Тот встал.

Оправил ремень.

И выступил с небольшой политической правильной речью.