Вираж бытия

И он сам, чтобы не оказаться на виду, спешно, но также, на носочках, чтобы не шуметь, поднялся на пролет. И чуть отошел в сторону.

– Открыта! – сдавлено произнес один из незнакомых мужчин.

– Забыл видно что-то.

– Туда! Скорее! Эти нас заметили!

И словно в подтверждение их слов снизу раздались какие-то мужские голоса. А потом хлопнула дверь подъезда.

Шаг.

Еще.

Еще.

Вот она заветная дверь.

Первый толкнул ее, держа пистолет наизготовку. Второй развернулся лицом к лестнице и приготовился отстреливаться от бойцов охраны наркома.

– Вот он! – крикнул кто-то из охраны.

И в ответ прозвучали первые выстрелы.

В этот самый момент, понимая, что прикрывающий, отвлечен на охрану, Михаил Васильевич перехватил пистолет правильной хваткой и быстрым, плавным движением вынырнул, появляясь в зоне видимости.

Бам-Бам! Отработал он из своего Colt 1911, словно в тире. И «второй номер», обеспечивающий прикрытие, свалился на лестничную клетку. Две пули 45-калибра в грудную клетку не оставили ему шансов.

– Весело стучали храбрые сердца… Отряд не заметил потери бойца… – промурлыкал он себе под нос. Видимо недостаточно тихо. Потому что «первый номер» выскочив из двери сразу глянул в его сторону.

Бам-Бам! Вновь отработал «двойкой» из своего пистолета нарком, метя в грудную клетку. Но не срослось. Этот кадр ведь привык стрелять с одной руки. Поэтому вскидывая пистолет стал разворачиваться боком. Так что пули его лишь царапнули по груди, сбивая прицел.

Бум! Выстрелил его Браунинг.

И правое плечо Фрунзе словно чиркнуло чем-то. Вскользь.

Но он уже скорректировал прицел и повторил «двойку», в этот раз уже не промахнувшись.

Нажал на кнопку выбрасывания магазина. Там оставался всего один патрон. Вставил запасной. И медленно пошел вперед.

– Михаил Васильевич, вы? – донеслось снизу.

– Я. – ответил нарком, но расслабился только когда его ребята действительно появились. – Потери?

– Один ранен. В плечо. Уже оказываем помощь.

Оба нападающих оказались убиты наповал. При них были документы, но настоящие ли – вопрос. Он быстро прошел в свою квартиру. Набрал Феликсу, который был уже на месте. Хотя, скорее всего, там и ночевал из-за расследования. Доложился. И в ожидании бригады ОГПУ сфотографировал лица убитых и их документы. На всякий случай.

Потом, обработал рану на руке. Перевязал ее. Надел новый френч."

"Старый, еще оригинальный Фрунзе, носил гимнастерку. Любил ее.