Весеннее жертвоприношение

Крестьяне расправились со мной.

— Ты жил здесь в Гростенсхольмском уезде?

— Да, но повесили меня… не здесь. Страшная смерть. Не дай бог тебе такой! Впрочем, один человек из твоего рода был там. Я мог бы ей показаться, но решил, что не стоит делать этого. Она же была из рода Людей Льда, а их мы очень уважаем.

— Кто это был?

— Ее звали Виллему. Она искала наглого бездельника по имени Элдар из Черного леса, и…

— Постой, я знаю это! Винга читала мне отрывки из книги. Ты призрак болота Повешенного человека, что расположено в долине в уезде Муберг, не так ли?

— Так.

Как я понимаю, тебе известно многое.

Повешенный явно был доволен тем, что попал в книгу Людей Льда. «Еще один плюс для нас, — подумал Хейке. — Это хорошо».

Повешенный в задумчивости остановился.

— Виллему в некотором роде связана еще с одной женщиной в моей стае. С молодой девушкой по имени Марта.

Хейке нахмурил лоб.

— Марта? О ней также говорится в книгах. Но в какой связи?

— Этот негодяй Элдар из Черного леса сделал ей ребенка, а после этого сбросил в водопад.

В том самом месте, которое впоследствии назвали омутом Марты. Кости ее до сих пор лежат там.

— Правильно! В книге рассказывается об этом! Думаю, что знаю, кто она. Я имею в виду в твоей стае. Милая юная девушка, которая выглядит так, как будто долго лежала в воде.

— Да это она. Она питает глубокую симпатию к Виллему, которая смогла понять ее скорбь и отчаяние. Твоя женщина, маленькая Винга, очень, очень похожа на Виллему. Не внешностью.

Она обладает, как и многие женщины из рода Людей Льда, смелостью и бесстрашием. И способностью понимать других.

Хейке согласно кивнул головой. Он понял, что серые действительно являются их друзьями.

Эта мысль наполнила его теплом и тревогой.

На опушке леса они расстались. Повешенный заявил, что «ему нужно кое-что сделать в лесу». Хейке в задумчивости продолжил путь.

Ларсену он сказал, что нашел судью Снивеля. Тот взорвал себя, но Хейке вечером принесет его останки. На лице Ларсена появилось выражение, надлежащее этому моменту, — почтительность, но сразу же после встречи с Хейке он бросился искать завещание Снивеля.

Впервые на рыбьей физиономии Ларсена они увидели рвение. И даже, если он не найдет в завещании своего имени… Зато будет свободен, у него появится возможность лезть вверх по общественной лестнице в другом месте.

София Магдалена с восторгом приняла предложение арендовать Элистранд, ведь жилось им действительно трудно.