Вещие сны Храпунцель

Увидев, что случилось с гречкой, она всплеснула руками, задела бокал с водой, и та потекла по скатерти. С пола донесся гневный возглас кота Альберта Кузьмича.

Я посмотрела вниз. Всегда невозмутимый британец, отряхиваясь, не переставал быстро лопать котлету, которая спланировала на пол вместе с тарелкой и осталась лежать на ней. А мопсихи Фира и Муся подлизывали гречку.

– У кота бифштекс? – удивилась я. – Как он к нему попал?

Макс продемонстрировал свое «шило».

– Ну… я хотел повторить интеллигентные пассажи Кисы, стал вертеть эту фигню, потом попытался ее вынуть, но она застряла.

– Альберт Кузьмич! Не ешь мясо! – закричала Краузе. – Фу, тебе нельзя! Доктор запретил! Только лечебный корм!

Кот сообразил, что сейчас у него отнимут вкуснятину, схватил добычу и с несвойственной ему живостью ринулся к выходу из столовой. Мопсы поспешили следом. Когда британец подрулил к порогу, из коридора показалась Зоя.

– У вас дверь открыта, а у меня вопрос назрел… – начала она."

"Альберт Кузьмич решил, что Яковлева появилась в доме для того, чтобы отобрать у него котлету, прошмыгнул у нее между ног и был таков. Мопсы же, не столь юркие и изворотливые, ткнулись носами в икры Яковлевой. Наши собаки небольшого размера, а вот объемом они напоминают бочонки. Что случится, если в ваши ноги неожиданно вломятся два корпулентных тела, которые передвигаются со всей возможной для них скоростью? Зоя замахала руками, пакет, который она держала в руках, вылетел из ее рук и как камень из пращи Давида поразил Голиафа.

Фира, которая из-за упавшей Яковлевой не могла помчаться за Альбертом Кузьмичом вкупе с более прыткой Мусей, увидела дождь из останков десерта и залаяла:

– Гав, гав, гав, гаааав!

Как правило, она не утруждает себя лаем.