Вещие сны Храпунцель

Девочка присела в реверансе и с чувством произнесла:

– Дорогие гости, маман, папан…

Малышка замолчала, потом повторила:

– Дорогие гости, маман, папан… А как обращаться к няне, не написано!

– Роза Леопольдовна член нашей семьи, думаю, ей надо присвоить титул те́ти, – очень серьезно предложил Макс.

– Здорово, – повеселела Кисуля, – дорогие гости, маман, папан и тантэ́!

– Если речь идет о существительном из немецкого языка, то та́нте, – поправила Краузе.

Киса помахала листом.

– Здесь тантэ́.

– Роза Леопольдовна, не спорьте, – попросил Макс, очень хотевший есть, – какая разница, вы тантэ́ или та́нте? Как ни назови, ваша красота с вами останется, про ум я уж и не говорю.

– Прошу всех сесть за стол и вкусить скромное угощение, приготовленное с любовью. Место папана в центре. Мамана по правую руку, я по левую. Тантэ напротив папана.

Мы заняли отведенные места.

– Отлично, – потер руки Вульф, – салатик! Где майонез?

– Елки! Забыла! – подпрыгнула Краузе. – Сию секунду притащу.

– Стойте! – закричала Киса.

Роза Леопольдовна, стоявшая на низком старте, вздрогнула.

– В чем моя ошибка?

– Папану надо сказать: «Уважаемая тантэ, соблаго… го… во… соблаговольте, – наконец-то справилась с затейливым словом юная княгиня, – подать соус провансаль. А Роза Леопольдовна должна ответить: «С превеликим удовольствием, мон ами, я уже спешу на крыльях восторга исполнить вашу просьбу».

– Да какие на фиг крылья, – вздохнула Краузе, – я потолстела на два кило за неделю. Меня теперь реактивный двигатель не поднимет.

– Ой! Такая беседа во время суаренного общения под запретом, – затрясла головой Кисуля, – плохо у вас получается красиво говорить и интеллигентно общаться.

– Ща смотаюсь за майонезиком, сяду, и беседа нормально покатит, – пообещала Роза Леопольдовна и умчалась.

– На кухне на столе стоит соусница! – крикнула ей в спину девочка.

– Такая фиговина с круглой дурындой сбоку? Блестящая вся? У нас ее раньше не было! – в ту же секунду среагировала няня.

Я постаралась не рассмеяться.

– Да, – ответила Киса и тут же спохватилась: – Так говорить нельзя, это фотопопа!

Роза Леопольдовна вернулась в столовую и поставила на стол странный предмет, закрытый со всех сторон.

Киса обрадовалась.

– Папан, маман, тантэ́, желаю вам приятного аппетита.

Макс взял вилку.

– Салатик! Майонезик, иди-ка сюда, я тебя съем. Кисуля, что у тебя в школе?

– Нет! – взвилась девочка. – За едой беседуют об искусстве! Книги, походы в музей, театр.