Верхом на «Титанике»

Валентина на работе ценят и уважают, по возрасту он годится в кандидаты на стипендию от фонда, поддерживающего российских ученых. У него безупречные характеристики и интересные научные работы, если он улетит в Америку, то все проблемы отпадут. Любой любопытный рот можно будет заткнуть ответом: «Шуба? Машина? Евроремонт? Это Валечка старается, он в Штатах отлично зарабатывает».

Татьяна Карловна растолковала сыну план и велела:

– Никаких обязательств по отношению к бабам! Тебя станут проверять под лупой. Умоляю, потерпи.

– А что могли заподозрить? – оживился я.

– Очень уж ты, Ваня, нетерпеливый, – воскликнула Нора, – не волнуйся, сейчас узнаешь. Валентин мать не послушался, потихоньку закрутил роман с Олесей.

– Нелогично, – бесцеремонно перебил я хозяйку, – мать приказала сыну не смотреть на девиц, а в день, когда Олеся принесла ей в кафе кошелек, ушла с Асей Михайловной, сама оставила «мальчика» с симпатичной особой.

– Ну, во-первых, Татьяна Карловна и предположить не могла, что Валентин ослушается, а во-вторых, ее подвел снобизм. Разве домработница может быть объектом для романа? Мать просто не считала Олесю за человека, а Валентин пустился во все тяжкие, но, как ему казалось, был достаточно осторожен. Он предупредил Олесю, что не может на ней жениться, постоянно говорил о своей зависимости от матери и выставил на самом виду фотографию Татьяны Карловны в качестве подтверждения своих слов.

Вот по какой причине Олеся согласилась помогать Асе Михайловне.

– Эта Ася Михайловна – человек с железными нервами! – закричал я. – Сын умер, а она мигом вспомнила про завещание и сумела ловко обвести вокруг пальца милицию.

Женя надул щеки.

– У некоторых людей вместо сердца пачка долларов, кстати, Ася Михайловна наделала кучу ошибок.

– Каких? – оживилась Нора.