Верхом на «Титанике»

– Ну совсем не в вашу породу пошла, – запричитала Мария Ивановна, – темная такая, смуглая. В отца удалась!

– В деда, – сердито перебила Наташа, – или вы забыли, как мой папа выглядел?

– Настя теперь с тобой жить станет? – поинтересовалась Парамонова.

– Кто ж мне ее отдаст? – горько спросила Наташа. – Вон, еле на денек выпросила, да и то лишь потому удалось, что свекровь Ритина и ее муж в Карловы Вары уехали, а я с нянькой договорилась.

– Ты же родная тетка, – покачала головой Парамонова, – или у вас отношения плохие?

– Никакие, – устало ответила Наташа, – когда Рита жива была, мы даже на праздники не встречались.

– Но не он отец ребенка, – возмутилась Мария Ивановна, – кто ему разрешил девочкой распоряжаться?

– Юра Настю давно удочерил, – объяснила Ната, – а у приемного отца те же права и те же обязанности, что и у настоящего.

– Видно, любит он девочку, – бормотнула Парамонова.

Дед Шура, который, как всегда, висел в окне и поэтому стал свидетелем беседы, не вытерпел и влез в чужой разговор:

– Чужое дите – оно не свое! Никак не получится его до беспамятства любить.

– Ты на шубку глянь, – перебила его соседка, – норка! Не одну тысячу рублей стоит. Раз такие вещи покупает, значит, любит.

– Может, наоборот, – прищурился дед, – откупается? Совесть свою утишает, чует, не принимает сердце девку, вот и делает дорогущие подарки.

Парамонова махнула рукой и ушла, а у деда Шуры по невесть какой причине защемило сердце.

– Я, Вань, в ерунду не верю, – говорил он мне сейчас, – если люди блажить начинают, хрень несут вроде: «Чую сердцем, несчастье случится», то я посмеиваюсь.

Но в тот день прагматичный дед почувствовал беду и оказался прав.

И года не прошло, как Настенька скончалась. Ни Наташа, ни Федор подробностей не рассказывали, то, что в семье вновь стряслось несчастье, двор понял лишь по черному платку, который повязала тетка девочки.

– Чего ты в трауре? – осторожно спросила она.

– Настя умерла, – коротко ответила Наташа.

– Как? – отшатнулась Парамонова.

– От инсульта.

– Ребенок?

– Да.

– Разве такое случается?

– Редко, но бывает.

– Вот горе! – заохала Мария Ивановна.