Великолепно!

Внезапно в наступившей тишине, нарушаемой только звуком их дыхания, послышался зловещий скрежет ключа в замке, и Эмма в ужасе вскочила. Если бы это Алекс явился их спасать, конечно, он не стал бы пробираться в ее комнату тайком, а начал барабанить в дверь, браня ее за глупость и беспечность.

Белл и Эмма замерли в напряжении, когда дверь распахнулась и из нее показался Вудсайд; его бледные глаза угрожающе поблескивали.

– Рад приветствовать вас, леди, – произнес виконт с пугающим спокойствием, и в его руке заблестел пистолет.

Обе дамы не могли слова вымолвить от страха. Сидя на кровати, они в ужасе прижимались друг к другу.

– Какая неосторожность с вашей стороны, ваша светлость, – оставить столь примечательную карету перед церковью! Разве вы не поняли, что мы с леди Арабеллой собираемся сегодня обвенчаться?

– Она вовсе не собирается этого делать, ублюдок! – крикнула Эмма. – И она никогда не…

Вудсайд с шумом захлопнул дверь, затем быстро прошел через комнату и наотмашь ударил Эмму по лицу.

– Заткнись, маленькая сучка, – прошипел он. – И не смей подвергать сомнению законность моего рождения. Я виконт Бентон, а ты ничтожество из диких колоний.

Эмма прижала руку к щеке.

– К вашему сведению, я – герцогиня Эшборн! – гневно воскликнула она, не будучи в силах смирить свою гордость.

В то же мгновение Вудсайд схватил Эмму за плечи и сжал их с такой силой, что Эмма вскрикнула.

– Повтори, что ты сказала?

– А то, – задыхаясь, выпалила Эмма, – что я герцогиня Эшборн.

Глаза Вудсайда сузились, и он ударил Эмму по другой щеке с такой силой, что она упала на пол. Белл тотчас же бросилась к ней и помогла подняться, а затем усадила ее на кровать.

Как ни пыталась Эмма не замечать боли, она все же не смогла удержаться от слез, и ей пришлось отвернуться, чтобы не показывать Вудсайду своего отчаяния.

– Она меня раздражает, – нагло заявил Вудсайд, обращаясь к Белл. – Трудно поверить, что вы, две женщины, столь непохожие друг на друга, находитесь в родстве.

Белл в ужасе отшатнулась:

– Это невозможно!

– Еще как возможно; иначе, боюсь, она будет брыкаться и царапаться при любой возможности.

– Трус! – прошипела Эмма. – Каждая из нас вполовину меньше вас ростом.

– Эмма, помолчи прошу тебя.