Ведунские хлопоты (СИ)

И даже от иконок на торпеде бы не отказался, хотя всегда считал их необязательным элементом дизайна.

А еще подумал, что в следующий раз, когда какой-нибудь лихач подрежет меня или выкинет что-нибудь веселое, я его не стану ругать. Вполне вероятно, что он окажется одним из «наших». Поэтому вместо обычного мата я прокричу: «Ах ты, рубежник штопанный!».

Забавнее даже другое, как только мы выехали на трассу, меня вырубило. Вроде как раз именно сейчас расслабляться было никак нельзя. Рядом кощей, который не нравится Лихо (хотя, кто ей вообще нравится?), да к тому же мы летим, всеми силами пытаясь стать дополнительным бампером на встречных фурах, а глаза сами собой закрылись.

А проснулся только, когда мы уже неслись вдоль шумозащитных экранов Западного скоростного диаметра. Ничего себе, получается, я не меньше часа проспал?"

"Вот люблю такие телепорты, когда сам не за рулем. Раньше еще хорошо работало с пивом. Выпиваешь пару бутылок, заваливаешься в автобус и вот тебя уже расталкивает недовольный водитель в Выборге.

Красота!

Что еще интереснее, Ткач будто выполнил задачу на сегодня по скоростному и хамоватому воздению. И по тому же Приморскому проспекту ехал уже спокойно, не стараясь прыгать из полосы в полосу. А я смотрел в окно на Питер.

Многие не понимают, что второго такого города в России нет. Потому что Санкт-Петербург очень разный. Для кого-то — это исключительно Эрмитаж, Русский музей и Спас на крови, для других состоящее словно из одних дворов Жмурино-Мурино, для третьих — перманентные пробки Красносельского и Кировского районов.

Для меня Питер был смесью всего и сразу. Учился я когда-то возле Екатерингофа, жил в общаге неподалеку от набережной Пряжки, а пил в студенчестве… да где я только не пил. Даже неудивительно, что завалил вторую сессию. Это сейчас, после армейки и смерти бабушки мозгов прибавилось. А тогда вырвался ребенок в большой город и ушел в отрыв. К сожалению, картина совсем не редкая. Не знаю, может, если бы мне запрещали поменьше до поступления, так бы резьбу и не сорвало?

А еще я заметил, что Питер изменился.

Нет, на прежнем месте стояли дома, так же ужасно вели себя водители на дорогах, накрапывал генеральный спонсор города — балтийский дождик. Однако теперь дворы смотрели на меня не призывно приглашая выпить, а будто кутались в каменные складки одежд, пытаясь сохранить свои тайны.

Самое главное, конечно, это нечисть. Ее было столько, что даже глазах рябило.