Ведунские хлопоты (СИ)

Только беда не в тетках, а лярве, которая присосалась к жене Костяна. С другой стороны, если Оля не будет шастать по похоронам, то ничего дурного действительно не произойдет.

Как по мне, хорошо все, что хорошо заканчивается. Потому что оставлять друга, несмотря на всю мою любовь к нему, здесь, пока я буду в Питере, не хотелось. Непонятно сколько придется отсутствовать. А возвращаться в грязную обитель ленивых пороков желания не было.

В целом, конечно, никаких уроков Костян не извлек. Он считал, что у жены моча ударила в голову, вот та и взбеленилась.

Что до нечисти, как только уехал Костян, те подошли ко мне одновременно с одним и тем же вопросом, звучащим примерно как: «Когда же начнется наш вояж?». Понятное дело, бес был невероятно возмущен тем, что черт, который им воспринимался исключительно как приживала, и которого взяли из жалости, вообще претендует на путешествие.

— Короче, друзья, тут я сам виноват. Сначала пообещал одному, а потом выяснилось, что и второй очень хочет в Питер. Но у меня мало времени, а желания разбираться в этом вопросе никакого. Поэтому я сейчас отъеду, а вы пока сами решайте, кто именно отправится в Санкт-Петербург. Потому что портсигар у меня только один.

И постарался выскочить наружу, даже не поев вкуснейшей индейки. Хотя был уверен, что она восхитительна. С готовкой у Ольги не возникало никаких проблем. Придется потом разогревать, но что делать. С нечистью как с детьми — не скажешь, кого любишь больше, другой обидится.

Надеюсь только, что они не разнесут мне дом в ходе жарких обсуждений. Судя по громкому крику Гриши, бес пытался обратиться к собственному авторитету и призвать Митю к голосу разума. Ну, бог в помощь. Черт уже не тот мальчик для битья, каким мы забрали его у Большака.

Я же поехал по прописке. То есть, в бабушкину квартиру, где раньше жил. Разве что изначально заскочил в хозяйственный магазин. Открыл новую дверь, походил, посмотрел. Ничего не изменилось, только единственный цветок, который был, сдох. Что неудивительно.

Наверное, надо квартиру продать, но жалко. Бабушка ее любила. Да и что мне с этих вырученных денег? Пусть стоит пока, до поры до времени.