Ведунские хлопоты (СИ)

— Меч хоть вытащи, помогайка недоделанная, сс… На всякий случай

На этот раз я Лихо послушался. Случаи действительно бывают разные. И помогать существам нужно, но и о собственной безопасности лучше не забывать. Так, на всякий случай. Поэтому меч я положил у своих ног, готовый если что схватить его. А потом бережно взял сирин за голову и стал поить ее.

Точнее, попытался. После первых слабых глотков, глаза нечисти открылись, а сама она схватила фляжку двумя руками. Даже не представлял, что пятирубцовая нечисть может быть такой сильной.

Я и держал ее, чувствуя, как хист внутри крылатой девушки начинает приходить в движение.

— Еще! — наконец оторвалась от пустой бутыли крылатая девушка.

Пришлось сходить снова вниз, прихватив меч. На этот раз сирин не вырубилась, а ждала меня, жадно следя за каждым движением. Утолив жажду, она отдала фляжку, села на костях, кокетливо закинула ногу на ногу и улыбнулась. Правда, мне это не понравилось.

Бывает так, что встречаешь девушку, которая кажется совершенством — идеальное лицо, восхитительная фигура, не глупа, а потом оказывается, к примеру, что у нее вальгусная деформация большого пальца стопы или третий сосок.

Нет, для меня, конечно, это фигня. Как говорят, лишь бы человек был хороший. К тому же, недостатки в том числе делают нас теми, кем мы являемся, добавляют индивидуальности. И, чем черт не шутит, может, кого-то умиляют.

Изюминкой сирин оказалась улыбка. Точнее, зубы, которые эта самая улыбка обнажила. Хотя не обычные зубы, а ряды треугольных резцов. Такими очень удобно разрывать сырое мясо, но с ними ты едва ли станешь миссис Россия.

Хотя, последнее звание ты не получишь и обладая идеальной внешностью. У них там вообще странные критерии, если уж выигрывают тетеньки с лицами, похожие на сидевших футболистов.

Что интересно, сирин сразу поняла свою оплошность. Потому улыбаться перестала.

— Спасибо, рубежник, — сказала она. — Ты меня спас.

Хист не просто всколыхнулся, а значительно подрос, отзываясь на ее слова благодарности. Вот, а Лихо говорит, что неприятная тетенька.

Очень даже ничего.

Сирин вытянулась, щелкнув позвонками и расправляя крылья, при этом звякнув цепью. Она извиняюще пожала плечами, мол, прости за эту оплошность.

— Кто посадил тебя на цепь?

— Мой любимый Пентти, — совсем не грустно, а скорее чрезвычайно бодро ответила она. — Мы встретили друг друга, когда он только стал рубежником. Красивый, молодой ворон и пернатая бестия, — сирин даже сделала легкий реверанс. Правда, вновь звякнув целью.