Ведунские хлопоты (СИ)

Надо сказать, стало чуть получше. Появилась уверенность, да и дрожать я перестал. Хотя причин для подобного хватало. Потому что пройдя немного, я наткнулся на несколько костей. Желтоватых, подкрашенных временем и обглоданных дочиста. И мне почему-то это не особо понравилось. Даже не знаю, почему. Вроде бы обычная приятная поездка за город в субботу.

Зато через пятнадцать шагов я увидел картину в целом. Посреди гнезда, собранного из костей и разорванной одежды, лежала она. Столь же ужасная, сколь и прекрасная. Что это нечисть — стало ясно сразу.

Как-то немного я встречал людей, у которых из рук росли крылья. Причем, тоже красивые, с большим золотым опереньем, перышко к перышку.

Надо сказать, это единственное птичье, что оказалось в нечисти. Руки, ноги, грудь (особенно грудь), лицо — все было женским. Причем, невероятно обворожительным. Подобно красоты я никогда не встречал раньше. Она казалось настолько хрупкой, что тронешь — развеется.

Столь изящные и тонки были эти руки, ноги, черты лица. Даже невероятно.

Единственное, что меня ужаснуло — крепкая цепь, стягивающая лодыжку крылатой девушки. Нет, сторожевых собак я видел, но вот сторожевая нечисть — это что-то новенькое.

Хист я различил едва-едва. Бедняжка дышала слабо, словно доживала свои последние дни.

— Ты знаешь, кто это? — спросил я у Лихо.

— Сс… сс… знаю, — почему-то не сразу ответила Юния."

"Да не ответила — выплюнула. Таким тоном, словно это была ее личная кровница.

Глава 20

— Гнуссс… ная нечисть, гнусная. Повезло нам, что она полумертвая.

Иначе бы сс… зачаровала.

Дальше Лихо стала рассказывать уже более спокойно, разве что изредка вставляя обидные прозвища относительно сирин. В общем, вела себя как неуравновешенный акын с синдромом Туретта. Правда, я привык к непростому характеру Юнии, поэтому смог вычленить из ее повествования нужную информацию.

Итак, нечисть звали сирин. Вообще, была она довольно редкой, как призналась Лихо. Точнее, раньше их водилась неприлично много, на каждом дубе с золотой цепью по три штуке жило.

Но характер у этих крылатых девок оказался жуткий, а материнский инстинкт у них был развит слабо, вот постепенно и выродились.

Кстати, приятного в сиринах действительно оказалось немного. Кушали они практически все, не особо терзаясь муками совести и не брезговали людоедством. Хотя тут все понятно, для них человек — это совершенно другой биологический вид. Так что почему нет? К слову, я уже и сам понял, что гнездо из костей — не бутафория.