Вейн

Путница давно усвоила, что в Темном мире доброты нет. И почему этому Темному быть другим? Возможно, он самое страшное создание Тьмы во всех Мертвых землях и за их пределами.

К тому же, любить — это так больно. А любить его — больно вдвойне…

— А впрочем, — он резко развернулся к ней, дернул к себе. — Пусть хотя бы так…

И так же резко потянул шнурки на ее тунике, обнажая грудь, прижался губами к горошине соска, прикусил — и Вейн выгнулась. Его руки почти сдирали с нее одежду, торопясь добраться до тела, прикоснуться, почувствовать, взять… Ощутить под губами ее кожу, пройтись языком, почувствовать на вкус.

Сжать до боли, потому что от ее слов внутри так холодно и тоскливо… И мужчина потянул ее на землю, усадил сверху, обхватил бедра…

Вейн откинула голову, отдаваясь его страсти, его движениям, его телу, сильным толчкам и прикосновениям. Она не понимала, что с губ ее срываются стоны наслаждения, которые заставляли его двигаться еще мощнее, насаживая на себя сидящую сверху девушку. Ксандр держал ее за бедра, кусая губы от невыносимого удовольствия, смотрел, как обрисовывает лунный свет ее контур… распущенные темные волосы, полную грудь, узкую талию… Силуэт, который столько лет он видел во сне.

Образ, который он так и не смог забыть. И сейчас Ксандр жадно ловил ее стоны и вздохи, желая запомнить, впитать в себя, сохранить. Аромат айрисов и запах желания щекотали ноздри, будоражили кровь, которая и так кипела в жилах.

…Он дал ей несколько минут, чтобы прийти в себя и одеться, а после молча сжал руку, и Вейн увидела, что снова сидит на своем сложенном плаще, а рядом сопят дикие кошки, и блестят из тумана желто-зеленые глаза рогров.

Дир поднял голову, но разобрать выражение лица, скрытого нависшим капюшоном, она не смогла. Да и не хотела. Ксандра рядом не было.

И, завернувшись в мех, Путница легла, закрыла глаза, стараясь просто ни о чем не думать.

* * *Они двигались так быстро, что достигли границ Ниаранта уже на третий день. И сразу поняли, что их уже ждут. Их маленький отряд застыл, рассматривая ряды вооруженных стражей.

Похоже, Смотрящие действительно опасались Призрака, потому что у стены города, ощетинившись оружием, стояло не менее сотни воинов.

— Я ведь говорила, что лучше подходить на заре. И с тыла, — нахмурившись, проговорила Вейн. Она сжимала в руках клинки, отчаянно пытаясь найти выход. И не видела его. Кхха, путешествующая на шее хозяйки, заворчала и тяжело взлетела, ушла в слои. Может, решила переждать в более безопасном месте.