Ведьмы отдыхают

"

"Тишину снова рассек яростный свисток. Было очевидно, что без приключений закончить этот длинный нервный день не получится. На полных парусах к нам несся смотритель с фонарем в руке.

Харви помог мне проскользнуть между прутьев. Пришлось, так сказать, сгруппироваться, чтобы пролезть со всеми выдающимися частями и женскими округлостями. Кое-как протиснувшись, я оказалась на другой стороне.

Неожиданно створка качнулась. Харви мгновенно сориентировался и по-простецки дернул ее на себя. Ворота поддались неохотно, с протяжным, неприятным скрипом.

По пустым бульварам до «Ваенды» мы доехали очень скоро. Эмма с Харриет все еще не вернулись с морской прогулки, и окна в доме были темны. Харви учтиво помог мне вылезти из коляски. От движения возле дорожки вспыхнули фонарики. Загорелся ночник под козырьком, и к нему моментально со всех крыльев бросилась мошкара.

– До завтра, Мариса, – попрощался Крейв.

– До завтра? – не поняла я.

– Предлагаю прогуляться по ботаническому саду.

– Стой-стой, Харви! – перебила я. – Мы сегодня, конечно, весело провели время…

– Не весело, – покачал он головой. – Полный хаос!

– Вот именно! Давай прогуляемся по ботаническому саду отдельно. В смысле, я утром, ты вечером. Не понимаю, для чего нам делать вид, что мы давние приятели.

– Находишь это странным? – с усмешкой вопросом на вопрос ответил он.

– Я нахожу это неуместным.

– Мне интересно, как ты жила последние годы, – признался он. – Изменилась ли? Впрочем, уже вижу, что изменилась ты мало.

– Чувствую, что это не комплимент, – фыркнула я, складывая руки на груди.

– Ты потрясающе выглядишь. Так же хорошо, как и раньше.

– Еще один спорный комплимент, – не удержалась я. – Ты тоже, к слову, выглядишь неплохо. Сразу видно, что в жизни у тебя сложилось все, как хотелось. Надеюсь, теперь ты счастлив и доволен?

– Вот с этого момента давай поподробнее.

– Мне совершенно не понравились ни твое последнее письмо, ни тон, с которым ты его написал.

Я и не думала отводить глаза, хотя он смотрел пристально, пронзительно… прямо в печень, простите мой блэкрокский.