Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Ежели что…

– Это, наверное, мои парни, – Егор нарочито сладко зевнул и снова прислушался. – Ну да – они – слышите, говорят? На речку, помыться ходили."

"– Чего это они ночью-то?

– Так вчера не до этого было, а завтра… вернее – уже сегодня, мы вас задерживать не хотим.

– Это правильно, – страж одобрительно кивнул и посмотрел на вышедших из лесочка парней. – Ну, как водичка?

– Что? А, ничего, теплая.

– Купаться можно.

Парни посидели немного у костра, обсохли – видать, после земляных работ и вправду выкупались, а потом ушли спать под навес, устроенный на случай дождя из травы и веток.

– Он.

И все стало окончательно ясно. И нечего было особенно разглагольствовать. Ну, погиб парень. Ну, жаль. И что? Раве что помолить за его душу Моренетту… да наказать убийц! Убийц… Волка? Так ведь, вероятнее всего, Малыша сначала убили – огрели камнем… или – нет? Егор ведь тела не видел, да если б и видел, что он – патологоанатом? Судебно-медицинский эксперт? Может, и волк… если уж на поиски этого волка – целый отряд послан! Кстати, и в Матаро волка искали… все говорили, что оборотень, а местный инквизитор, брат Диего, над этим смеялся и в никаких оборотней не верил.

Глава 10

Монтсеррат

Халед ибн Хасан, тот самый красавчик кабальеро, которого многие по всей Испании знали как славного рыцаря Алонсо де Ривера, нервно потеребил рыжеватую бородку и в который раз уже, едва сдерживая негодование, поглядел на крестьян:

– Так, значит, вы не видели никаких волков и ни о чем таком не слышали?

– Нет, господин, не слыхали, ага.

Поклонившись, селяне отвечали хором, два мужика – один худой, с усищами и в широкополой – от солнца – шляпе, другой коренастенький, круглолицый, с окладистой седоватою бородой. Оба, впрочем, были чем-то похожи – смуглые, с морщинистыми обветренными лицами, и говорили одинаково – по-сельски основательно, медленно, добавляя в конце каждой фразы обязательное «ага», чем сильно бесили Халеда – де Ривера.

– Нет, нет, почтенный сеньор, волки-то у нас есть… только зимою. А так в селе-то у нас все телки да овечки целы, ага. Даже на дальних пастбищах – и там.

– А далеко ль от села ваши пастбища? – самозваный кабальеро прищурился. – Сколько дней пути?

Селяне переглянулись:

– Дней? Ну, уж вы и скажете, сеньор.