Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Князь так и сделал: словно тигр, вынырнул с грозным рыком из лощины, схватил за шиворот Беззубого…

Рвань и Рыбина дернулись в стороны… правда, убежали недалеко, остановились, да и Малыш Фелипе не успел спрыгнуть с дерева.

– Ну? – тряхнув юного гопника, грозно вопросил Егор. – Что скажешь? Следить за мой вздумали?

Его ломаный каталонский – впрочем, день ото дня становившийся все лучше – оказался вполне понятным. Главарь шайки захлопал ресницами – с удивлением, но почему-то без особого страха:

– Мы не следим, сеньор.

– Не следите? А что же вы делаете?

– Мы хотим, чтобы вы нас тоже такому научили… вот как их учите. У нас деньги есть, мы заплатим.

Ах, вон оно что! Отпустив парня, Вожников озадаченно пригладил растрепанные ветром волосы. Ишь ты… То же еще – спортсмены!

– И зачем мне вас учить? Чтобы вы людей ловчее били?

– Да не били мы никого, – неожиданно взмолился Альваро. – Моренеттой клянусь! И людей мы не грабили, иначе давно бы нас… А над Лупано смеялись, да – так это потому, что он сам такой, как не от мира сего вроде.

– Учиться – тяжело, – негромко заметил Егор. – Бокс – вовсе не драка, а искусство, примерно как импрессионизм или, там, кубизм – далеко не всем понятное. Предупреждаю, тяжко вам придется, парни!

– Мы согласны! Верно, Фелипе?

– Угу, – сияя антрацитовыми глазами, Малыш, наконец, соскочил с дерева и даже поклонился князю. – Доброго вам здравия, почтеннейший господин!

– И тебе не хворать, – ухмыльнувшись, Вожников перевел взгляд на Альваро: – Давай, зови остальных, что-то решать с вами буду.

– Очень хотим, сеньор! – отозвавшись, Беззубый махнул рукой своим.

– Это я уже понял, – глядя на опасливо подходящих гопников, задумчиво промолвил молодой человек. – Только вот так и не услышал пока четкого ответа – зачем вам это надо?

– Драться всегда пригодится, – неожиданно отозвался Малыш. – Мы ж люди простые, всякий обидеть может.

– Ишь ты, прям Робин Гуды, – Егор хмыкнул и скривился – не любил он вот таких патетических слов: «за себя постоять», «за других»… – Проще говорите, парни! Вы вообще – кто?

– Простолюдины, – тихо пояснил Альваро. – Бродяги, если попросту сказать.

– Что – ни кола, ни двора?

– Именно так, сеньор. Потому друг за друга и держимся.