Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Познания Вожникова в немецком оказались не столь велики, чтобы понимать на нем сложные разъяснения. Шевалье Изабелла помогать тоже отказалась, причем категорически – словно на что-то обижалась.

В отчаянии Егор попытался заговорить на своем куцем туристском английском, но был немедленно – то есть под стражей – удостоен беседы у аббата университета.

– Сын мой, – надменно сообщил ему большеносый бледнолицый старикан, – вам должно быть известно, что смертные, обитающие на острове за проливом, погрязли в глубокой ереси, отринули учение Господне, не признают верховенства Святой Римской Церкви и придумали для себя обычаи мерзкие, по которым и живут во тьме, хуже языческой.

– То есть англичане язычники? – моментально навострил уши Вожников.

– Можно ли награждать титулом христианским зверей, отринувших свет истинной веры?! – злобно сверкнул глазами аббат.

– Выходит, они самозванцы? Землей и страной владеют незаконно? – моментально щелкнуло в голове Егора. Леночкины уроки даром не прошли. Вожников хорошо запомнил, что урвать для себя корону мало. Нужно, чтобы твое право на нее признавали окружающие.

– Святой престол осуждает сие заблуждение, – обтекаемо ответил старик.

– Уверяю тебя, святой отец, если права на английский престол не признаются даже святой церковью, дольше двух-трех лет сии язычники на своем месте не усидят!

Видимо, именно последняя фраза умилостивила аббата, и тот отпустил гостя, никак его не карая и не сказав более ни слова осуждения.

А в мысленную копилку великого князя упал еще один весомый факт. Итак, мало того что Францией правит безумный король, герцоги заняты гражданской войной, а чернь режет на парижских улицах наместников престола – так еще и Англия по христианскому обычаю может считаться бесхозной землей! Пока ее обороняет крепкий флот и тысячи умелых лучников, это большого значения не имеет.