Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Сто флоринов!

– Сто флоринов?! – с возмущением переспросил Штальке. – Да столько стоит отличный испанский мул!

– Вот пусть мул вам дом и строит.

– Тьфу ты…. Вот ведь загнули цену!

– А вы еще подумайте, что выгодной своей покупкой лишаете нас нынче удовольствия от лицезрения казни еретика, – почесав лоб, напомнил рыцарь. – Да-да, хороший каменщик при строительстве дома – первое дело. Ладно! Из уважения к вам и вашим прошлым заслугам – девяносто пять флоринов! Ну как, согласны? По рукам?

– Черт с вами, – ратман покривил губы и решительно кивнул.

– О, Святая Дева – сейчас?

– Поставьте подпись и скрепите вашей печатью… а я уж все потом все, что надо, сам напишу.

– Ох, герр Штальке, умеете вы уговаривать. А ведь неплохая сделка, черт побери!

С грамотой в руках ратман подошел к телеге с перевязанным пленником:

– Здравствуйте, пан Ярослав.

Резко обернувшись, еретик улыбнулся так широко и счастливо, будто встретил вдруг самого лучшего друга, с которым не виделся целую тысячу лет:

– Герр Отто! Вот так встреча.

– Да, все подобру.

– Ой, как я за них рад!

– Вот что, пан Ярослав, – Штальке присел на телегу рядом с пленником. – Сегодня в полдень я отправлю вас в Жатец, а оттуда – в Дрезден.

– Но мне не надо в Жатец! Тем более – в Дрезден.

– Молчите и слушайте. Вот вам грамота – в ней сказано, что вы – мой человек, каменщик, с ней и поедете… иначе вас ждут большие неприятности.

– Спасибо, герр Отто, – уразумев, в чем дело, от души поблагодарил чех. – Я так почему-то и думал, что мы с вами еще увидимся… вот и увиделись же! И теперь уж вы мне помогли… Знаете что, герр Отто? Вы – честный и порядочный человек, хоть и немец, а ведь профессор Ян Гус говорит – добрый немец куда лучше худого чеха, ведь так?

– Так, так… – ратман оглянулся по сторонам и неожиданно для себя улыбнулся. – Честный и порядочный человек, надо же! Кто бы слышал…

– Что-что вы говорите?

– Да нет, ничего.

Глава 12

Император

Жижка снова уехал к Гусу, в Прагу, а вот князя Егора профессор словно бы пригласить забыл, что ничуть не коробило Вожникова: кто-то же должен был оставаться при войске, приглядывать за тем же Прокопом Большим. Почему бы и не королю Русии? Князь, король в те времена в первую очередь считались благородными рыцарями, а уж потом – государственными деятелями.