Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Дуня опустила руку с телефоном и прижалась лбом к стеклу. Ваня не знал, что сказать. Просто не знал. Единственное, что было сейчас правильным - подойти и обнять. Дуня словно ждала его прикосновения. Повернулась, положила голову на плечо и сказала, все так же глядя в окно:- Какая красивая осень за окном.

Они говорят не то и не о том, но Ваня старательно ей подыгрывает.

- Теперь это мое самое любимое время года, - а потом, после паузы, все же произносит: - Спасибо.Это слово тут нелепо, но другого нет.

Спасибо тебе за то, что ты остаешься со мной, несмотря на все это.

Наверное, я должен тебя отпустить, заставить уехать к важным делам и клиентам. Но не смогу этого сделать. А ты не уедешь. И мы оба это знаем.

И поэтому они продолжают играть в веселый и необременительный треп.

- Не могу же я тебя оставить на ночь без машины. Вдруг тебе захочется туда? - тон у Дуни демонстративно легкий.

- У меня появился персональный водитель, готовый выполнить любой мой каприз?

- Может быть, наоборот, - она, наконец, поднимает лицо и смотрит ему в глаза.

И именно так и происходит настоящий разговор. Когда они смотрят в глаза друг другу. А словами он говорит:- Наоборот?

- Как у особы царской крови, у меня...Ее перебивает звонок телефона. И даже Ване слышен панический голос этого горе-гения Паши:- Евдокия Романовна, он сейчас вам звонить будет, он в бешенстве, я не мог не дать ваш номер!Она обреченно вздыхает.

- Я поняла.

Следующий звонок раздался тут же, без паузы. Дуня мягко освободилась из Ваниных рук и отошла на пару шагов.

Не хочет, чтобы Иван слышал? Так слышно же! Потому что Дунин собеседник орал. И у Дуни мгновенно заалели щеки и кончики ушей. А Ивану остро захотелось отобрать у нее телефон и наорать туда в ответ. Матом. Сдерживался из последних сил, потому что боялся испортить и сделать все еще хуже для Дуниного бизнеса. Сдерживался, молчал и внимательно слушал."

"- Сергей Борисович, я не прячусь, и Павел сказал правду: я действительно не в Москве, поэтому сегодняшняя встреча невозможна.

Но вы так же знаете, что мы очень серьезно занимаемся вашим проектом... Да, серьезно.. . Да, я знаю, что фотографии Битцевского парка были неудачной идеей, но... - она взяла паузу, чтобы перевести дыхание и, видимо, собраться с мыслями. А Ваня уже был снова рядом. Потому что из того, что он услышал, напрашивался весьма очевидный вывод. Который Иван попытался изобразить пантомимой. Ткнул себя в грудь, нарисовал в воздухе пальцами прямоугольник, потом указал на телефон.