Дульсинея и Тобольцев, или Пятнадцать правил автостопа

Мы не будем ждать милостей от гаишников. Мы все возьмем сами.Пальцы легли на ручку двери.

Дед у Тобольцева - тот самый, в честь которого Ивана и назвали - вел во Дворце пионеров драматический кружок. Мать тридцать лет преподавала в музыкальной школе по классу фортепиано. А сам Ваня девять бесконечно долгих лет отбарабанил в бальных танцах - до лютой ненависти к ним. Но сейчас это было уже неважно. Если в человеке есть артист - это навсегда.

Дверь красной «ауди» распахнулась. Из машины вышел молодой мужчина.

Руки в карманах джинсов, вальяжная походка хозяина жизни, пресыщенное выражение лица и презрительная улыбка.

- Вот зачем я тебе машину купил, а? И права зачем купил? Чтобы ты их через месяц про...воронила? Ну, все, ты меня достала! - он подошел вплотную к хозяйке «ауди» и сотруднику ДПС. - Машину я у тебя забираю! Зачем тебе машина, если теперь прав нет? И никаких больше салонов красоты, ужинов с подружками и Коста-дель-Соль в августе! Пока не научишься хоть что-то делать хорошо. А то машину водишь кое-как, борщ дерьмовый, а во время минета вообще можно заснуть! Иди-иди, - Иван снисходительно махнул в сторону патрульной машины.

- А потом вернешься и будешь... - похлопал себя характерным жестом ладоней по бедрам в районе ширинки, - отрабатывать. И оттачивать навык заодно.Щеки у «царицы» сравнялись по цвету с губной помадой, маникюром, лодочками и машиной. А что? Зато теперь все в тон. Кажется, она вдохнула, а выдохнуть все никак не могла. Лейтенант Кравцов аккуратно взял девушку под локоть.

- Пойдемте, Евдокия Романовна, - сказал мягко-мягко.

На лице лейтенанта, обращенном на Тобольцева, было такое количество презрения, которое дало Ивану надежду на то, что его представление имело некоторый успех. По крайней мере, взгляд, которым его одарила девушка через плечо, был очень красноречив. Зло-красноречив. А потом она вцепилась в руку гаишнику, начав ему что-то быстро-быстро говорить с мольбой в глазах.

Он пытался отцепить ее руки, но гонщица держала крепко, голос ее становился громче, и до Тобольцева стали долетать предложения.

"

"- Это страшный человек, поверьте мне. Я даже не знаю, что теперь будет. Вы думаете, я с ним из-за любви? Думаете, мне нужны его деньги? Нет. Просто он давно положил на меня свой взгляд, а брат задолжал этому ... этому подонку кучу денег. Вернее, его обвели вокруг пальца. И пока мы не выплатим, я ... я... - тут послышался очень натуральный всхлип. - А если вы отберете машину...